Фото: www.facebook.com

Российские врачи и пользователи интернета массово заступились за гематолога Елену Мисюрину, осужденную после смерти пациента. Медики указывают на тяжелое стечение обстоятельств, которое могло произойти у тяжелобольного человека и без участия врача, и задаются вопросом, как им работать дальше.

Смерть и приговор

22 января, после четырех лет следствия, судья Черемушкинского районного суда Зинаида Никиточкина вынесла приговор руководителю гематологической службы Московской городской клинической больницы № 52 Елене Мисюриной. Врача обвинили в смерти пациента и приговорили к двум годам лишения свободы по статье «Оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности, повлекших смерть».

История началась 25 июля 2013 года, когда Мисюрина, работавшая в московской частной клинике «Генотехнология», провела тяжелобольному мужчине рутинную диагностическую процедуру — трепанобиопсию костного мозга. На момент обращения у мужчины уже были диагностированы рак предстательной железы, несахарный диабет и миелофиброз с переходом в стадию острого лейкоза. Процедура прошла нормально, и через час пациент покинул клинику за рулем. Вечером того же дня он оказался в клинике «Медси» на Мичуринском проспекте с диагнозом «острый аппендицит». Там у него открылось внутреннее кровотечение. На операции вместе со штатным хирургом «Медси» был приглашенный сосудистый хирург, который, судя по всему, оказался бессилен: 28 июля пациент скончался из-за острой кровопотери и отказа жизненно важных органов в реанимационном отделении «Медси».

В январе 2015-го против Мисюриной возбудили уголовное дело. В Следственном комитете заявили, что она нарушила «методику, тактику и технику выполнения манипуляции». По версии следствия, врач повредила пациенту сосуд во время трепанобиопсии, и именно это спустя несколько дней и после операционного вмешательства другого врача привело к смерти.

Человеческий фактор

25 января Межрегиональная общественная организация «Лига защиты врачей» опубликовала петицию с требованием пересмотреть дело Елены Мисюриной и «вернуть свободу врачу». За сутки документ подписали около 25 тыс. человек.

В тексте петиции коллеги осужденной пишут: «Суд не учел факта того, что наиболее вероятной причиной данной патологии должно считаться осложнение основного заболевания пациента — онкологический процесс. На фоне онкологического заболевания спонтанные кровоизлияния, подобные произошедшему в данном случае, являются наиболее частой причиной смерти больных».

То же самое говорит и заведующая научно-клиническим отделением химиотерапии гемобластозов и депрессий кроветворения НМИЦ гематологии, кандидат медицинских наук, член экспертного совета Фонда борьбы с лейкемией Вера Троицкая: «Трепанобиопсию делают людям с тяжелыми заболеваниями крови. Пациент Елены Мисюриной находился в терминальной фазе, когда происходят изменения в костном мозге и меняется свертываемость крови. При такой патологии довольно часто возникает кровотечение, которое может быть никак не связано с механическим воздействием», — комментирует Троицкая Агентству социальной информации.

Сама по себе трепанобиопсия — операция довольно рядовая. Как написал врач Владимир Будянский, «трепанобиопсия костного мозга — это простая и практически безопасная процедура. Она необходима для того, чтобы поставить правильный диагноз и правильно лечить потенциально смертельное заболевание. Ее нельзя сделать настолько неправильно, чтобы нанести вред больному, это примерно то же самое, как сделать неправильно внутримышечную инъекцию и вызвать смерть пациента».

«Единственный выход — прекратить заниматься медициной»

Сейчас специалисты констатируют: этот случай заставит многих врачей бояться терминальных больных. Вадим Птушкин, замглавного врача по гематологии Городского гематологического центра ГКБ имени С.П. Боткина, главный внештатный гематолог-трансфузиолог Департамента здравоохранения города Москвы в интервью АСИ говорит, что «после такого врачи предпочтут не рисковать в сложных случаях, и это снизит возможность постановки правильного диагноза вовремя. Многие сейчас обеспокоены ситуацией, когда стандартная диагностическая манипуляция, осложнившаяся серьезным кровотечением, от которого никто не застрахован, приводит к тюремному заключению».

О том, что любая медицинская манипуляция может сопровождаться некими осложнениями, пишет и Алексей Эрлих, врач-кардиолог: «Осложнения могут развиться на ровном месте, и чем чаще врач выполняет свою лечебную манипуляцию, тем вероятнее, что столкнется с таким осложнением. И единственный способ их полностью (совсем! навсегда!) избежать — это полностью (совсем! навсегда!) прекратить заниматься медициной. И в условиях, которые нас сейчас ставит государство, медициной будет заниматься все меньше и меньше людей. Кому захочется сесть в тюрьму только за то, что есть некая статистическая вероятность осложнений от его работы?»

Относительно решения суда медицинское сообщество проявляет единодушие. По мнению Веры Троицкой, «приговор Мисюриной назвать адекватным нельзя. Чтобы врач был осужден за выполнение своих обязанностей, которые априори могут повлечь осложнения, — это нонсенс».

 ***

В канун нового 2018 года, поздравляя коллег и пациентов с новым 2018 годом, Елена Мисюрина писала на сайте ГКБ № 52: «Традиционно желая всех благ в Новом году, желаю также не болеть. Но если возникнет проблема, желаю, чтобы вас лечили настоящие профессионалы!»

Дорогие читатели, коллеги, друзья АСИ.

Нам очень важна ваша поддержка. Вместе мы сможем сделать новости лучше и интереснее.

Рекомендуем

В Реутове закрыли единственный роддом

В подмосковном городе Реутове с населением 100 тыс. человек закрыли единственный роддом. Теперь женщины вынуждены ездить в соседние города: Балашиху и Железнодорожный

Врачи просят совет по правам человека обратить внимание на дело Елены Мисюриной

СПЧ получил коллективное обращение представителей профессиональной ассоциации врачей-гематологов и врачей других профессий с просьбой принять участие в деле осужденного врача Елены Мисюриной.