Анна Межова. Фото из архива автора колонки

Глава оренбургского фонда «Сохраняя жизнь» рассуждает о том, почему в детдомах сейчас много подростков, и как помочь им социализироваться после выпуска из госучреждений.

«До» и «после»

Я сама – мама приемного ребенка и руководитель фонда, который развивает наставничество в детских домах.

Мы работали с темой усыновления до и после «закона Димы Яковлева». И если до закона вы могли легко найти, как говорят усыновители, «подарочного» ребенка, то после того, как закон приняли… Вернее, после того, как принятый закон раскритиковало общество и государство было вынуждено что-то делать, начались изменения. Эти изменения привели к тому, что очень сложно найти для усыновления относительно здорового малыша.

Малышей в детских домах вообще мало. И у этого есть две объективные причины. Во-первых, наши граждане стали больше усыновлять или брать под опеку. А во-вторых, органы опеки, чтобы не портить статистику, часто не изымают детей из семей. Или изымают временно, помещают в приют, а потом возвращают в семью. И так много раз. Или заключают с неблагополучной семьей договор о том, что ребенка они сами передают в детский дом временно. Такого ребенка нельзя усыновить. Но нормальная работа над кризисом в большинстве случаев с семьей не ведется — нет у государства ни ресурсов, ни технологий. Поэтому дети вот так болтаются, пока маленькие. А когда в школе начинаются уже серьезные проблемы, детей изымают.

Из-за этого в наших детских домах сейчас очень много подростков. Сложных, с изломанной судьбой, с девиантным поведением, которых никто не хочет усыновлять.

И что дальше?

Один из способов решения проблемы – профессиональные приемные родители, которые получали бы зарплату. Этот вопрос давно обсуждается с Минтрудом, но поддержки не находит. Потому что дети — это такая сложная работа. Их не сдашь на время больничного или отпуска. А значит, будет нарушение трудового законодательства.

Приемные семьи одно время охотно брали подростков. Особенно из деревень было много запросов именно на подростков, которые и по хозяйству помогут, и самостоятельно до школы доедут. Но из-за сложностей с сопровождением приемных семей, когда даже в районном центре нет психолога, не то что в деревнях, и из-за того, что дети с каждым годом становятся все сложнее и сложнее, начались возвраты. И количество желающих взять подростка в семью сократилось.

Фото: Кирилл Каллиников / РИА Новости

Конечно, самым правильным решением была бы вообще глобальная реформа всей системы работы с кризисными семьями, системы опек и социальной поддержки. Но пока мы к ней не готовы, начиная с того, что у нас нет не то что специалистов, нет даже некоторых специальностей, которые необходимы, например, нет специалиста отдела опеки. Нет четких регламентов, когда ребенка изымать, а когда оставить в семье.

В органах опеки работают люди, имеющие совершенно разное образование: юристы, социальные работники, иногда встречаются учителя. И они решают, что в интересах ребенка (а именно так гласит закон), исходя из своих личных мироощущений.

Зачастую эти специалисты не знают, что такое депривация и расстройство привязанности и какую психологическую травму наносит ребенку изъятие из семьи.

На быстрое реформирование системы рассчитывать не приходится. А значит, нужно развивать то, что дает устойчивый эффект. Чтобы победить упрямую статистику, которая говорит, что большая часть выпускников детских домов не могут устроиться в жизни.

Наставничество

Исходя из нашей практики, хороший результат может дать развитие наставничества. Когда наши волонтеры из года в год посещают одних и тех же детей, к моменту выпуска у них с подопечными уже налажено продуктивное общение.

По нашей статистике, у тех выпускников, у которых есть наставник, в течение трех лет после выпуска сохраняется положительная динамика.

Если многие другие выпускники за это время уже бросили учебные заведения, завели детей, начали пить, а некоторые покончили жизнь самоубийством, то выпускники, у которых есть наставник, учатся, стоят в очереди на получение жилья, планируют свою жизнь. Пока у нас статистика всего за три года, потому что мы всерьез стали отслеживать судьбы выпускников три года назад. Но очень хочется надеяться, что и дальше картина будет такой же.

Пока далеко не у всех выпускников есть наставники. Но это уже совсем другая история. История о развитии социального волонтерства, в частности, и о развитии благотворительности в России в широком смысле этого слова.

Если вам интересен мой опыт приемного родительства, опыт работы нашего фонда и истории наших подопечных, подписывайтесь и читайте мой канал «Ребенок под защитой» на Яндекс.Дзен.

Подписывайтесь на телеграм-канал АСИ.

Дорогие читатели, коллеги, друзья АСИ.

Нам очень важна ваша поддержка. Вместе мы сможем сделать новости лучше и интереснее.

Рекомендуем