Алексей Газарян. Фото: Слава Замыслов / АСИ

Сестер Хачатурян обвиняют в убийстве отца, который многократно применял по отношению к ним сексуальное насилие. О резонансном деле рассуждает консультант по развитию социальных и благотворительных практик Алексей Газарян.

Оригинал публикации — на личной странице Алексея Газаряна.

По делу сестер Хачатурян. Обещал высказаться. Говорю.

Первое, что важно. Одна из участниц ситуации несовершеннолетняя. То есть речь идет о действии, совершенном ребенком. Да и честно сказать, 19 и 18 лет тоже условная взрослость, учитывая весь контекст. Для меня это в очередной раз момент говорить о правосудии, дружественном к детям. Если в целом к людям нам пока сложно.

Второе. Помню, как в студенчестве на курсе по криминальной психологии, для меня было изумлением узнать, что убийство в определенной части случаев, когда речь не о профессии военного или киллера, — это реакция на угрозу собственной жизни, то есть способ защиты. Причем это не всегда самооборона в привычном понимании. Когда кто-то нападает с ножом. Угроза жизни может ощущаться и переживаться человеком более сложно и быть результатом давления десятков факторов. Равно как и самой ситуации.

Третье. Мне в принципе не кажутся очевидными эффекты от криминализации какой-либо деятельности, и настало время активно пересматривать привычные каноны. Причем мы видим, к чему ведет криминализация одних тем, например, оборота наркотиков, и декриминализация других — например, домашнего насилия. На примере этого дела в том числе.

В отношении общества к тому или другому поступку сочетается ведь и идея о наказании (чтобы больше так не делал), и идея о социальном воспитании (чтобы другим неповадно было). И порой второе перевешивает первое, и тогда меры диктуются для поддержания общего страха как традиционного способа власти, а не исходя из того, как помочь человеку действовать впредь иначе. В этом смысле реабилитация нужна каждому, кто хотел бы жить в ладу с существующими законами. Хотя их справедливость может вполне резонно вызывать много вопросов. Не говоря уже о реабилитации тех, кто был подвергнут насилию.

Четвертое. Я однажды посещал зону строгого режима. Честно, я не очень понимаю, как вся эта обстановка и все «меры воспитания», которые там применяются, помогают усилить лучшее в человеке и обучают продуктивным способам жить в уважении с собой и окружающими. Вокруг этого есть своя наука, профессора, педагогика, психология, социология, но у меня есть сомнения о результативности их изысканий и о наличии воли дать их результатам зеленый свет (если они все-таки есть и найдены реальные способы, как сделать лучше).

И да, пятое, нам очень не хватает некоммерческих сил в этой сфере. Проектов крайне мало. А именно НКО могут сегодня выступать источником нового и альтернативного опыта, локомотивом гуманизации сферы. Но действовать в этом поле крайне сложно, временами — опасно для жизни. Так что здоровья и поддержки всем, кто осмеливается и имеет на это отвагу.

Подробнее о деле сестер Хачатурян — в материалах АСИ.

Подписывайтесь на канал АСИ в Яндекс.Дзен.

Дорогие читатели, коллеги, друзья АСИ.

Нам очень важна ваша поддержка. Вместе мы сможем сделать новости лучше и интереснее.

Рекомендуем