Почему формат благотворительных эстафет так популярен в социальных сетях и ни кризис, ни Новый год ему не помеха, как сегодня нужно развивать благотворительность и привлекать к ней граждан в интервью Агентству социальной информации рассказывает управляющий директор группы QIWI Анна Стоклицкая.

В последнее время в России, как и во многих странах Европы и мира, набирают популярность благотворительные эстафеты и флешмобы. Вслед за Ice Bucket Challenge участники эстафет заключают друг с другом не только «ледяное пари», но и бросают творческий вызов или, к примеру, призывают сдать нормативы ГТО или убрать снег.

В декабре 2014 года стартовала Всероссийская акция «Переверни мир», организаторы которой – Благотворительный фонд «Даунсайд Ап» и группа QIWI – предложили всем желающим разместить в соцсети свое перевернутое фото и сделать пожертвование на счет фонда в поддержку детей с синдромом Дауна.

Анна, как вы для себя определяете эффективную благотворительность в современных условиях?

Мы давно определили, что есть две задачи, над которыми в благотворительности стоит трудиться. Первая – привлекать внимание к фондам, потому что пока о них никто не знает, нет ни доверия к фондам, ни желания им пожертвовать, а это действительно наиболее эффективный и профессиональный институт благотворительности. И привлекать к нему мы намерены прежде всего наших потребителей, поскольку только этот денежный поток на самом деле может быть устойчивым и долгосрочным. Вторая задача – мотивировать человека быстро и без проблем сделать пожертвование.

Но почему группа QIWI решила использовать формат благотворительной эстафеты в соцсетях? Вы ведь запустили сервис благотворительных пожертвований через ваши терминалы. Это оказалось неэффективным?

Действительно, в интерфейсе терминалов QIWI потребители могут увидеть баннеры, информирующие о программах благотворительных организаций, и внести пожертвование. Это работает, и достаточно неплохо, но все равно у терминала гораздо меньше шансов «зацепить» человека. Ведь он совершает платежи «на бегу» — платит за сотовый и бежит дальше. Поэтому отклик может быть не такой массовый, как нам хотелось бы. А в социальной сети у человека больше времени. К тому же формат благотворительной эстафеты или флешмоба, который мы выбрали, очень близок к развлечению, игре. Совместив благотворительность и игру, можно рассчитывать, что люди заинтересуются.

Расскажите о первых результатах эстафеты. Как долго может продлиться эффект от нее?

За месяц к акции присоединились порядка 8 тысяч человек: они разместили свои перевернутые фотографии и сделали пожертвования. Люди охотно делают перепост и таким образом интерес к акции растет. Изначально мы хотели собрать миллион рублей. А сейчас сумма пожертвований превышает 1 миллион 800 тысяч, из них только через Visa QIWI Wallet участники перечислили в фонд более миллиона рублей. Активно поддерживать эстафету мы хотим до конца февраля, потом она будет жить своей жизнью. Ни Новый год, ни кризис ей пока не мешают.

Я думаю, для нас это не последний опыт реализации благотворительного проекта в соцсети.

Каков определяющий фактор успешности благотворительных эстафет? Что привлекает к ней граждан?

Думаю, то, что мы воспринимаем ее как элемент развлечения. Это не скучно, без трагического ощущения того, что кому-то плохо и я обязан помочь. Часто благотворительность сопровождается тем, что люди боятся испытывать неприятные эмоции избегают их. А эстафета и флешмоб – это весело и спортивно. Как будто ты с друзьями, как в детстве, передаешь эстафетную палочку.

И еще для формата эстафеты важно участие в ней известных персон. Фонд «Даунсайд Ап» со своей стороны привлек звезд, среди которых Эвелина Бледанс, Тутта Ларсен, Татьяна Лазарева, Ольга Шелест, Наталья Подольская.

Вы заранее были уверены в успехе акции «Переверни мир»?

Мы тестировали ее на сотрудниках. В нашей компании работают 900 человек, средний возраст — 25 лет. Если молодежь проголосовала за идею, то можно надеяться, что в социальной сети это тоже воспримут.

Когда лента Facebook запестрела перевернутыми фотографиями, наши сотрудники потом говорили: «Как здорово, что мы в этом участвуем». Для них это вдохновение, они немного по-другому посмотрели на себя и на то, что делают. Если мы хотя бы этих 900 человек будем вдохновлять на хорошие дела, возможность делиться своими эмоциями, радостью с друзьями, семьей, это уже будет хорошо.

Насколько современные форматы благотворительности долгосрочны? Ведут ли они к качественным переменам в культуре благотворительности или лишь выполняют роль соответствующих моменту культурных развлечений?

Я уверена, что они помогают утверждению благотворительности в повседневной жизни. Благотворительность должна сопутствовать нам постоянно, а не возникать в списке добрых дел только под Новый год. Она должна поселяться во всевозможных форматах в наших соцсетях или в терминале, планшете, телефоне – везде, где мы проводим много времени. Тогда это долгосрочно, устойчиво, и фонды могут рассчитывать на постоянную поддержку.

Вы как-то мотивируете пользователей QIWI к постоянным отчислениям в пользу фондов, не в рамках разовых акций?

Благотворительность должна быть осознанной и добровольной, по велению сердца человека, поэтому мы не хотели бы здесь что-то навязывать своим клиентам.

В свое время мы подсчитали, что если бы каждый человек перечислял по одному рублю со своего платежа за сотовую связь в терминале на благотворительность, то можно было бы для фондов собирать совершенно колоссальные средства. Терминалы QIWI используют 70 млн человек в среднем по три раза в месяц. Это более 200 млн транзакций, благодаря которым можно собирать 200 млн рублей пожертвований ежемесячно.
У нас была мысль поставить после платежа окошко с галочкой о согласии, что один рубль с платежа будет перечислен в пользу фонда. Но мы не стали этого делать, потому что люди сегодня не совсем к этому готовы. Мы опасаемся недоверия.

Поэтому пошли по такому пути: показывать фонды на интерфейсе терминалов до совершения платежа, во время платежа и после платежа. Отклик есть, но с социальными сетями получается достучаться до людей гораздо лучше.

Эксперты прогнозируют, что 2015 год будет непростым для России и для некоммерческого сектора в частности. Сократятся пожертвования со стороны бизнеса и граждан, и ужесточатся требования со стороны государства. Что делать в этой ситуации фондам?

Я считаю, что фондам, прежде всего, нужно продолжать рассказывать о себе. Это как бренд. Если человек его знает и у него хорошая репутация, то он готов за него платить. Фонд может делать миллион хороших дел, но если о нем никто не слышал, люди будут просто бояться. У крупных фондов с информационной составляющей все уже налажено. Я бы небольшим фондам пожелала, чтобы они больше рассказывали о себе.

И еще нужно помнить, что есть суммы, которые никогда не будут иметь значения для человека. Например, 10 рублей. Но если они поступят от ста тысяч человек, это будет колоссальная сумма. И, наверное, было бы не разумно ставить порог в определенную сумму пожертвования, например, 500-1000 рублей. Сколько человек может – столько пусть и жертвует.

А каков ваш прогноз развития благотворительности, корпоративной и частной, в 2015 году? Нас действительно ждут тяжелые времена?

Я думаю, что часть компаний в 2015 году будут бороться за выживание и им будет не до денежной благотворительности. При этом, скорее всего, останется корпоративное волонтерство.

Возможно, именно в кризис люди будут больше открыты к тому, чтобы помогать. Гуманность и доброту никто еще не отменял. Может, кризис поможет кому-то осознать, что если не помочь ближнему самому, то больше рассчитывать не на кого.

Но в целом, мне кажется, 2015 — это год возможностей. Кризис всегда оздоравливает. Компании будут искать новые точки роста, ресурсы. Так что я не сомневаюсь, что год будет хорошим для всех.

Рекомендуем

Деятели культуры Башкортостана бросают «творческий вызов» друг другу ради поддержки ветеранов искусства

В Республике Башкортостан набирает популярность благотворительная акция-эстафета «Творческий вызов», проходящая по подобию флешмоба Ice Bucket Challenge. Каждый участник акции исполняет один творческий номер (танец, песня,…