В этой рубрике мы вместе с вами читаем блоги и страницы в соцсетях тех, кто создает наше пространство благотворительности и гражданской активности. Их записи будоражат, иногда веселят, иногда заставляют плакать. Точно — не оставляют равнодушными. Вместе с ними мы узнаем много такого, о чем просто никогда не задумывались — желаниях человека со смертельным диагнозом, мечтах одинокого старика, истории восхождения бездомного, закулисье благотворительных фондов, мотивах иностранных волонтеров, путешествующих по российской глубинке. Это все — о нашей жизни и о тех удивительных превращениях и перепетиях, которые происходят с людьми — как помогающими, так и получающими помощь. Не придумано. Бесценно.

С разрешения авторов в рубрике «БЛОГ, ОТ КОТОРОГО НЕ ОТОРВАТЬСЯ» мы публикуем выдержки из их публикаций в социальных сетях и блогах.

 Марков

Дмитрий Марков – фотограф, блогер, в течение нескольких лет работавший добровольцем в Псковской благотворительной организации «Росток», а затем в программе помощи кризисным семьям Благотворительного фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам». Ведет блог в «Живом Журнале», в котором публикует фотоистории и истории, с которыми ему приходилось сталкиваться в домах-интернатах, неблагополучных семьях, при общении с выпускниками детских домов. Слоган блога – «Основано на реальных историях».

МАУГЛИ

5 октября 2012 года

Мы идем в гости к семье. Назовем ее семьей Петровых. Или даже лучше — Петровых-Водкиных. Обычно семья Петровых не очень любит визитеров из внешнего мира, но мы идем вместе с психологом программы помощи кризисным семьям Юлей и куратором Алисой. Итак, добро пожаловать!

— Комиссия! – раздается тонкий детский голосок, после чего в темноте коридора начинается движение и возня. Хлопают двери, с грохотом падают тазы — дети, словно тараканы расползаются в лабиринте четырех комнат. В ту же секунду из тревожной темноты «гостиной» в нашу сторону несется лохматая лавина кошек и собак.

— Свои! – громко кричит Надежда Петрова, мать семейства.

Собаки отходят, словно шакалы перед Шерханом, а дети — как Маугли с лиан, — сползают со вторых ярусов кроватей.

«На протяжении шести лет квартира находится в антисанитарном состоянии, комнаты и балкон завалены грудами вещей, полы прогнили, присутствует зловонный запах, обои ободраны, паутина, на полу валяется мусор, постельное белье грязное, блохи, мухи, тучи тараканов. В квартире множество животных, которых невозможно пересчитать: лающие собаки, щенки, кошки с котятами, голуби, хомяки, шиншилла, кролики, морские свинки. Игрушки, носильные вещи, бытовые предметы, посуда, обувь, мусор, животные, корм — все вместе лежит в кучах. Еда непонятного происхождения — в пластиковых бутылках, сантехника неисправна. Дети спят вместе с животными. Антисанитарное состояние ухудшается с каждым годом».

Марков_семья Петровых

Шестой год подряд у Петровых пытаются забрать четверых детей. Дважды суд отказывал опеке в удовлетворении иска, и на сегодняшний день это уже третье заявление со стороны ведомства.

<…>

— Маму Надежды, — она, кстати, живет вместе с ними, — лишили в молодости родительских прав. Девочку забрали из семьи и отправили в детский дом. Потом, когда Надежде исполнилось восемнадцать, вернули обратно. Мать к тому времени загадила всю квартиру и превратила в притон. И вот вообрази: подросток, проживший в интернате и лишенный каких-либо механизмов социальной адаптации, попадает в агрессивную асоциальную среду и общество матери. Понятно, что выбраться из этого ей одной не под силу. Удивительно, что при всем при этом она смогла создать семью и сохранять ее — пусть даже в таком неоднозначном виде, — столько лет.

То, в чем сходятся и волонтеры, и органы опеки, и комиссия по делам несовершеннолетних — это взаимная любовь детей и родителей. Семья Петровых похожа на бедную деревенскую семью с кучей социальных проблем. Это если абстрагироваться от внешнего вида квартиры и многообразия населяющей ее фауны.

Алиса, озираясь по сторонам, уточняет, не кинутся ли собаки? Надежда хватает первую попавшуюся псину и раздвигает ей руками пасть:

— Ну ты посмотри! – Надежда поворачивает морду животного в сторону Алисы, – старая уже, зубов-то не осталось совсем! И нога у нее не ходит почти, прострелили… Такими, знаешь, пульками железными…
<…>

— Понимаешь, эта ее привязанность к животным — попытка пережить собственное прошлое, изменить его на примере этих собак и кошек. Обрати внимание, она не собирает просто зверей, она собирает только больных и хромых. А потом выхаживает их. На самом деле, она себя таким образом выхаживает… Это не оправдывает положения, в котором они сейчас пребывают, но отчасти объясняет его и дает понимание, что с этим делать…
<…>

Последние минуты суда.

Опека продолжает живописать ужасы квартиры Петровых и прелести пятиразового питания в детдоме. Юля еще раз призывает уважаемый суд не лишать прав и организовать возможность совместной работы фонда и подведомственных органов. Специалист КДН, уставшая, как та собака Петровых, отказывается от последнего слова, а Петров, в потертом пиджаке, смущенно обещает починить трубу со следующей получки. Алиса, вернее ее ухо, мелькает в узком проеме двери.

«В удовлетворении иска органов опеки отказать» — Петров тяжело дышит и едва сдерживает слезы.

P.S. Этой заметкой я вновь хочу привлечь внимание к работе программы помощи кризисным семьям, которую ведет БФ «Волонтеры в помощь детям-сиротам». К сожалению, информационный раздел программы на сайте печален и уныл и совсем не отражает той крутой работы, которую выполняет команда проекта. Впрочем, настоящих волонтеров это вряд ли остановит. К тому же есть контакты Юлии и Алисы, по которым можно получить любую информацию: ulushka-rk@yandex.ru, kosalisa@yandex.ru.

АЛИСА В ЗАЗЕРКАЛЬЕ

9 октября 2012 года

Алиса — молодая девчонка на пороге совершеннолетия — всю свою жизнь жила с сумасшедшей матерью.

Большую часть времени мать адекватна и даже не лишена экстравагантного обаяния психохроника. Однако в моменты острого кризиса грань, отделяющая реальный мир от страны чудес, стирается и… Вернее, нет, лучше сказать так — между современной путинской Россией и Зазеркальем открывается безвизовый режим, и мать улетает по горящей путевке.

Мама похожа на Червонную королеву: она такая же властная, суровая и наделена теми же причудами, что и ее сказочный прототип. А Алиса похожа на Алису, поскольку она такая же юная и любопытная.

И вот в результате любопытного изучения мира — не маминого, а нашего — Алиса забеременела. Причастный к этому событию молодой человек не смог принять Алису в новом качестве и ушел. Тем не менее, несовершеннолетняя Алиса твердо решила рожать и растить: одна, без образования и в компании сумасшедшей матери.

— Ну как? – спросил я у Юли, закончив чтение.

— Прекрасно, – кивает Юля. – Тут еще важно отметить — и это как раз в тему к своим сравнениям, — что очень распространенное явление среди а) молодых матерей и б) матерей с неблагополучным детством — это уход от реальности в мир фантазий. Им кажется, что сейчас родится ребенок и жизнь изменится. Даже если нет никаких предпосылок. То есть, они так чувствуют. И в каком-то смысле они правы — все реально очень меняется. Правда, не в ту сторону, как ожидалось.

Мать Алисы была против ребенка. К слову говоря, полугодом ранее, мама была беременна тоже и от ребенка отказалась. Алиса находилась в сложном положении: с одной стороны, давили тяготы социального неустройства, с другой — мама. Так Алиса попала в программу профилактики отказов БФ «Волонтеры в помощь детям-сиротам». Был разработан план сопровождения, в ходе которого в комнате Алисы сделали косметический ремонт, собрали необходимые для ребенка вещи и оказали психологическую поддержку:

— У нее включились все механизмы формирования материнской роли, – довольно рассказывает включатель механизмов. – Она постоянно звонит мне и задает какие-то вопросы по уходу за ребенком, она сделала все прививки и регулярно посещает консультации. Перспективы очень неплохие…

Марков_Алиса
<…>

Эта история мне понравилась. Алиса действительно производит впечатление девушки, вставшей на путь роста. Конечно, 17-летний подросток никуда из нее не делся, она далека от идеала, но в целом, учитывая специфику и среднюю температуру по больнице (среднего клиента программы), она молодец.

В день, когда мы ездили к Алисе, я был уверен, что история близка к хеппи-энду.

Однако на следующий день все резко поменялось. Оказалось, трезвое сознание матери взяло отпуск, и та принялась паковать чемоданы в Вандерленд:

— У мамы очередной кризис, – сказала мне Юля, – она скандалит и давит на Алису. Она запрещает ей учиться, потому что уверена, что фонд украл у нее 10 миллионов рублей и передает эти деньги Алисе под видом оплаты курсов. Очень тяжело. Она злится, что отказалась от своего ребенка, а сейчас сидит с ребенком Алисы. К этому приплетаются ее фантазии, и в итоге дома царит крайне тяжелая атмосфера. Сегодня будем собирать консилиум по этому случаю…

В ходе консилиума было обозначено два варианта развития событий: Алиса уезжает на время на съемную квартиру в своем подмосковном городке либо переезжает в «Теплый дом» — приют в Королеве, который фонд создал для молодых матерей, находящихся в сложной жизненной ситуации. <…> понятно, что потребуются средства либо на съем жилья, либо на няню в «Теплом доме» на время учебы.

Мне кажется, это отличный повод поучаствовать в работе программы. Реквизиты фонда представлены на сайте, целевое пожертвование лучше согласовать с руководителем, контакты которого есть в разделе программы. Контакт Юли прежний: ulushka-rk@yandex.ru

Спасибо!

13 октября 2012 года

Сегодня у Петровых был важный разговор — Надежда поняла и приняла необходимость сокращать количество живности в своем зоопарке.

Решили оставить трех собак и пару кошек — в принципе, допустимо. Дети в этот раз не шкерились по углам, а играли в комнате. Я отметил их существенное различие с детдомовскими: если сироты постоянно встают на уши от появления новых лиц, то эти были слегка раздражены вмешательством в режим дня, по плану которого шли мультики.

<…>

А еще у меня произошло важное понимание.

Марков_соцпсихолог

Я вообще мотаюсь не по доброте душевной, а из корысти снять историю. Поначалу я думал, что эта история будет о кризисных семьях, но что-то смущало меня в этом очевидном, простом и незамысловатом сюжете. И в какой-то момент я понял, что история должна быть о Юле, поскольку именно в ней сходятся и эти семьи, и принципы помощи и — основа основ — яркая личность.
Конечно, в программе работает масса очень хороших людей и все что происходит — результат совместной работы команды. Но для истории необходима персонификация. Нужен процесс, характер и эмоции. Робертовна прекрасно для этого подходит.

Фото: Дмитрий Марков

Рекомендуем