Детей, грубо изъятых из семьи в Оренбургской области в конце мая, вернули родителям. Президент Благотворительного фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам», которая общалась со всеми сторонами конфликта лично, прокомментировала для АСИ итог истории.

Фото: Unsplash.com

Изъятие детей

В мае 2020 года органы опеки в грубой форме изъяли четверых детей из многодетной семьи в поселке Тюльпанный из-за риска обрушения потолка в их доме. Общество узнало об этом из видеозаписи, появившейся в социальных сетях, на которой плачущих детей насильно отнимают у матери, а на женщину надевают наручники. СУ СК по региону выяснило, что постановление об изъятии подписал глава Домбаровского района. Позже глава семьи подал заявление, в котором отметил, что детей забрали с применением физической силы.

Анна Межова, руководитель оренбургского Благотворительного фонда «Сохраняя жизнь», который занимается защитой этой семьи, отмечала ранее в разговоре с АСИ, что однажды мать привлекли к ответственности за ненадлежащее воспитание, когда один из ее пятерых детей чуть не умер. Хотя мать всю ночь пыталась вызвать участкового врача, который утром еще и отчитал ее за поздние звонки.

Соцслужбы Оренбургской области вернули детей семье. Местные власти обещают помочь им отремонтировать дом, детей семья пообещала определить в школу и детский сад.

Нет понимания, как государство должно поддерживать семью

«Мы говорим о семье, где мама воспитывает пятерых детей. Большую часть дня она с ними одна. Папа, насколько я понимаю, много времени находится на заработках, — рассказывает Елена Альшанская. — В деревенском доме воспитывать пятерых детей – это очень сложная задача. Трудно представить себе маму, которая с ней справится идеально: у которой будут чистые ухоженные прекрасные здоровые дети, и с каждым она будет вовремя успевать съездить в поликлинику. Кроме того, в их деревне нет поликлиники, есть только в ближайшем городе, а это десятки километров».

У семьи конфликт с органами Минздрава, которые считают, что мама не занимается здоровьем детей, младшим не делала прививки, сама не посещает медицинские учреждения. Однако семью регулярно навещает фельдшер. Мама считает, что если фельдшер приходит, то самим ехать в поликлинику незачем. Фельдшер же воспринимал это как неисполнение родителем своих обязанностей по воспитанию детей. 

Елена Альшанская отметила, что это классический пример, когда нет понимания, как должно выглядеть взаимодействие между государственными органами и семьей. 

«Коммуникация с семьей выстраивается в двух противоположных парадигмах. Либо ничего не объясняя, не договариваясь о какой-то взаимной деятельности, приезжать и делать все осмотры на дому. Либо, когда ситуация начинает не устраивать, резко, в насильственной форме отбирать детей. И это чудовищная, очень травматичная ситуация по отношению к детям. Между двумя этими полюсами лежит совершенно пустое пространство, где должна находиться нормальная социальная работа, нормальная коммуникация с семьей как с людьми, которые отвечают за своих детей. И нужно им эту ответственность отдать, нужно с ними говорить и договариваться», — пояснила президент благотворительного фонда. 

Однако она добавила, что это действительно трудная работа, потому что часто семьи не воспринимают представителей государственных служб как людей, с которыми можно договориться.

«Я не стала бы в этой ситуации обвинять семьи, — говорит Альшанская, — потому что, к сожалению, самый распространенный стиль коммуникации представителей поликлиники и уж тем более органов опеки (уже молчу про полицию) с гражданами — это опять же между гиперопекой, когда никто не спрашивает, что хочет человек, и резким жестоким наказанием в формате насильственных действий. Люди не чувствуют партнерского отношения: их никто не видит и они не видят в ответ. При этом я очень сочувствую социальным службам здравоохранения, потому что они вынуждены сталкиваться чаще всего с не очень договороспособными семьями, которые изначально негативно к ним относятся».

Президент «Волонтеров в помощь детям-сиротам» подчеркнула, что специалисты, которые работают с семьей, должны понимать, как и ради чего выстраивать коммуникацию. И изымать из семьи детей, только если им грозит неминуемая опасность и ничто другое не сможет ее предотвратить.

«Я понимаю, что много у них претензий к семье, и родители там — не самые рациональные люди. Но они худо-бедно справляются, — говорил Елена Альшанская. —  Я, конечно, не могу судить издалека, но сложилось впечатление, что мы все же не говорим о жестоком обращении со стороны родителей, тем более постоянном и угрожающем. То есть там не было ситуации, что если мы сейчас не заберем этих детей, они завтра будут все избитые или голодные, умрут, оставленные одни в доме. Семья нуждается в поддержке, которая не похожа на насилие. Насколько я знаю, мама беременна шестым ребенком, и конечно, она не справится без посторонней помощи. Как я понимаю, семью взяли под патронаж местные организации, фонды, Анна Межова в том числе. Это самый лучший вариант, чтобы дальше семью сопровождали специалисты». 

Читайте новости АСИ в удобном формате на Яндекс.Дзен. Подписывайтесь.

Дорогие читатели, коллеги, друзья АСИ.

Нам очень важна ваша поддержка. Вместе мы сможем сделать новости лучше и интереснее.

Рекомендуем