Фото: flickr.com / Jennifer Crowder

Представлен мониторинг работы органов опеки регионов России по отчуждению родительских прав и выявлению семейного неблагополучия.

Изъятия детей из семей приобретают массовый, угрожающий характер, отметили сегодня участники пресс-конференции в ТАСС, посвященной итогам независимого мониторинга Ассоциации родительских комитетов и сообществ (АРКС). По мнению экспертов, необоснованные решения органов опеки отобрать детей появляются все чаще. Если раньше в группе риска были неблагополучные семьи, то теперь практически к любым родителям может прийти социальная служба и проверить, хорошо ли живется ребенку.

Согласно мониторингу АРКС, основной причиной для изъятия детей в рассмотренных 140 случаях стало низкое материальное положение семей. Отдельным списком идут люди, у которых есть долги за жилищно-коммунальные услуги (ЖКУ).

«В Татарстане в решении одного из исполнительных органов сказано, что необходимо проводить проверки и, у кого есть долги за ЖКУ, изымать детей, — рассказала глава Ассоциации родительских комитетов и сообществ Ольга Леткова. — Такие постановления действуют в ряде регионов, и сейчас это уже известная практика».

Детей обычно изымают по методическим указаниям, которые используют в своей работе соцслужбы. В каждом регионе эти правила составляются отдельно. Но в них есть общие неопределенные термины, которые подходят под многие ситуации, даже не связанные с явными угрозами здоровью ребенка. Такие определения позволяют достаточно легко отбирать детей у родителей.

Незаконные вмешательства в семью — это неизгладимые травмы для детей и их родителей, утверждает член правления Российского детского фонда Татьяна Шишова. По ее словам, если расследовать объективно все дела по изъятию детей, то окажется, что во многих случаях это делалось незаконно. Например, маму обвинили, что она имеет психические отклонения. Но в реальности женщина всего лишь когда-то давно обращалась психиатру из-за депрессии.

«Схема изъятия такова: семью прессуют, контролируют и потом ребенка отбирают, приписывая жестокое обращение, — говорит Шишова. — Как следствие, у ребенка наблюдается агрессивность, изменчивое поведение, проблемы с обучением, повторяющиеся жалобы на здоровье, — часто это просто признаки неврозов, но подозревают сразу насилие».

По данным мониторинга, под подозрение органов соцопеки и полиции в первую очередь попадают матери-одиночки. По статистике, это каждая вторая семья, у которой изъяли ребенка. Также в группе риска находятся многодетные семьи — каждая четвертая семья.

Результаты этого исследования отчасти совпадают с теми, которые выявили региональные общественные палаты. К примеру, в Свердловской области, по собранным данным, больше всего отбирают детей в возрасте от 1 до 7 лет, из семей с одним родителем, из многодетных семей.

За последнее время региональные палаты обсуждали и работу с несовершеннолетними, которых отбирали законно. «Важно оперативно предпринять максимально возможные меры сохранения семьи. И особенно важно обеспечить систему профилактической  работы, чтобы не доходило до случаев, когда для ребенка угроза жизни и (или) его здоровью может стать реальной,  — говорила 22 марта заместитель председателя комиссии Общественной палаты Кемеровской области по социальной политике и качеству жизни Ольга Журавлева. — Обсуждение, переосмысление, работа нужна и в части правового регулирования. Необходимо сделать так, чтобы если случай отобрания ребенка произошел — незамедлительно этот ребенок попал в родственную семью. Эффективному решению такого рода задач будут способствовать практические службы социально-психологического сопровождения, профессионалы-практики».

Глава Национального фонда защиты детей от жестокого обращения Александр Спивак призывает к тому, чтобы охрана неприкосновенности семьи не приводила к сокрытию реальных страданий ребенка. По его мнению, проблему неблагополучных семей надо решать тогда, когда оттуда идут первые тревожные звонки, а не после лишения родительских прав. «Идея системы раннего выявления жестокости к детям и оказания им помощи – это поддержка, это [значит] заметить неблагополучие тогда, когда еще кризис в семье не развился. Когда ситуация еще такова, что дело не зашло слишком далеко, когда дело не дошло до жестокости, когда можно поправить за счет работы психологов, педагогов, специалистов, семья сама не обращается. Поэтому очень важно обращать внимание и не проходить мимо. И мы строим систему раннего выявления. Многие говорят, что это приводит к излишнему вмешательству в семью, к отобраниям», — говорил Спивак в эфире ОТР. И уточнил: если госорганы получили информацию от учителей, соседей, окружающих о возможном неблагополучии в семье, первой реакцией должна быть беседа специалиста с родителями и предложение им помощи.

Общественная палата предлагает такие меры, как временное отобрание (чтобы опека не подавала в первую же неделю в суд о лишении родительских прав, а дала семье возможность исправиться), предоставление отбираемому ребенку адвоката, привлечение родственников, юристов и психологов после изъятия ребенка, единые механизмы работы соцзащиты в случаях, когда отбирать детей — не единственно возможный выход из ситуации.

В декабре 2016 года Владимир Путин поручил министерству труда и социальной защиты, Общественной палате РФ и уполномоченному по правам ребенка проанализировать практику изъятия несовершеннолетних из семьи с точки зрения избыточно применяемых мер или неправомерного вмешательства в семью. К концу марта должен быть готов сводный документ по итогам мониторинга в регионах.

Рекомендуем

Эксперт Общественной палаты РФ заступилась за приемную мать Юлию Савиновских

Елена Альшанская проверила детские дома в Казани и Екатеринбурге и пришла к выводу, что во всех учреждениях ведется недостаточная работа для сохранения или восстановления детско-родительских…