Фото: Виктория Бережная

Директор благотворительного фонда «Святое Белогорье против детского рака» — о том, как организовать работу с волонтерами, сделать эту помощь регулярной и системной, чем мотивировать людей и как не допустить выгорания.

Белгородский фонд уже 11 лет помогает детям с онкологическими и гематологическими заболеваниями. У «Святого Белогорья» на сопровождении 1 500 подопечных, с которыми работают 28 сотрудников и больше 200 постоянных волонтеров. Евгения Кондратюк поделилась опытом организации волонтерской поддержки работы фонда, рассказала о собственных находках и об ошибках.

Создание системы

Я поняла, что пора структурировать работу с волонтерами, когда мне задали вопрос о том, сколько их у фонда, а я не смогла ответить. Это неправильно: люди выполняют огромный массив работы, это мощная движущая сила, без которой невозможны масштабные проекты, а мы не знаем, кто они, чем живут, почему приходят к нам.

Мы осознали, что без грамотной организации процесса просто теряем людей. Человек пишет мне «хочу помогать», а у меня физически не хватает времени ответить и определить его куда-то. Он не получает обратной связи, расстраивается и думает, что помощь не нужна. А все дело в отсутствии организации.

Фото из архива фонда

Около трех лет назад у нас было 50 волонтеров, сейчас больше 200. С одной стороны, выросли наши проекты, а с другой — сказалось то, что мы стали систематизировать процесс.

Организация работы и точки входа

Мы начали с изучения опыта коллег. Много полезного узнали на конференции «Благотворительность против рака» и из практики «Даниловцев».

Первым делом создали волонтерскую базу, посчитали людей и определили основные направления.

У нас есть штатные координаторы: психолог Анастасия и фандрайзер Людмила совмещают свою основную деятельность с этой работой.

Мы привлекаем людей разными способами: рассказываем о себе на молодежных мероприятиях, проводим городские акции, флешмобы, сотрудничаем с вузами и, конечно, работает сарафанное радио.

Человек заполняет анкету, после координатор проводит личную встречу, предлагает варианты — в чем можно поучаствовать, рассказывает о сложностях. Потенциальный волонтер принимает решение, хочет ли он идти дальше, а мы — можем ли с ним работать.

Случается, что мы отказываем. В работе с детьми очень важны личные качества и адекватность, здоровая мотивация. На личной встрече обычно можно понять намерения человека.

Мы заключаем договор о сотрудничестве, где есть пункт о том, что нельзя фотографировать и публиковать снимки детей. Это нарушает законодательство и может доставить массу неприятностей детям и их родителям.

По каждому виду помощи у нас есть чаты в мессенджерах, где наш сотрудник озвучивает запросы организации, а люди откликаются на призыв.

Найти каждому свой тип волонтерства

У фонда много направлений работы: мы покупаем лекарства и оборудование для онкоотделения, оплачиваем лечение, привлекаем доноров крови, занимаемся реабилитацией и оказываем паллиативную, психологическую и материальную помощь семьям.

У человека есть выбор. Он может быть морально не готов общаться с больными детьми, но хочет и умеет, например, делать городские мероприятия.

Автоволонтеры помогают с транспортом. Мастера рукоделий каждый месяц проводят мастер-классы в центре реабилитации и онкоотделении. Волонтеры-клоуны стабильно, как на работу, раз в неделю ходят в больницу. Есть люди, которые занимаются спортом, пишут тексты, стригут детей и устраивают дни красоты для мам. Некоторые появляются сезонно: отрабатывают вожатыми в наших детских летних лагерях, а потом мы их не видим в течение года.

Я часто вижу, что люди пробуют и находят себя в несвойственных им сферах. К примеру, есть девушка-бизнесмен, которая великолепно справляется с работой клоуна в больнице. Есть статусные, известные в городе люди, которые помогают, например, отвезти памперсы и лекарства куда-нибудь в область.

Подготовка

Часто можно услышать мнение, что на волонтеров нельзя положиться, они бывают ненадежны и необязательны. По-моему, здесь как в шутке: вы не любите кошек? Вы просто не умеете их готовить. Все проблемы происходят не оттого, что волонтер плохой, а оттого, что с ним неправильно работаешь.

К примеру, человек пришел помочь на спортивном марафоне. Его поставили в фан-зону в дальнем конце дистанции и сказали: увидишь бегуна — кричи «Ура!». И вот он стоит, скучает, толком не понимает свою функцию, чувствует себя ненужным и жалеет о потраченном времени. Больше его можно не ждать.

Фото из архива фонда

Но если ему рассказать, что он стоит на самом длинном отрезке дистанции, где спортсмену очень тяжело, и если дать ему «пятюню», стаканчик воды, покричать-поддержать, то у него откроется второе дыхание и он добежит до конца, — то это в корне меняет дело.

Очень важно объяснять волонтерам, какова их роль: куда идти, зачем, сколько по времени это займет, что нужно делать. Четкость и ясность — самое главное в этой работе.

В наших интересах сделать так, чтобы волонтеру было с нами понятно и комфортно, тогда он сможет выполнить свою задачу максимально хорошо, а значит и мы тоже. Забота о волонтерах — это забота о фонде.

Обучение и поддержка

Волонтеры работают с тяжелобольными детьми, и это сложно. Человек может с головой окунуться в процесс и быстро выгореть. На установочной встрече мы рассказываем обо всех сложностях работы.

Для подготовки к некоторым типам работы недостаточно одной встречи. Волонтеры-клоуны, например, около четырех месяцев обучаются по интенсивной программе. Мы готовы оплачивать для них обучение и санитарные книжки. Перед каждым летним лагерем волонтеры проходят интенсив с медиками и психологами. Мотивированных людей отправляем на профильные мероприятия в другие города, проводим поддерживающие занятия.

Для тех, кто выполняет самые психологически трудные задачи — работает в отделении и в лагере, проходят групповые встречи с психологами. Мы пришли к этому недавно, раньше были супервизии только для сотрудников.

Фото из архива фонда

Мотивация

Сейчас в вузах и колледжах есть волонтерские отряды, и ребята получают галочки в волонтерской книжке, возможно, бонусы от учебного заведения. Сложно сказать, как я к этому отношусь. В принципе, иногда можно использовать этот вид мотивации.

Тех, кто приходят исключительно для галочки, сразу видно, и мы просто не приглашаем их во второй раз. Мы охотно пишем благодарности, которые могут быть полезны ребятам, но не заманиваем ими, а делаем это постфактум.

Но на самом деле к нам никто для галочки и не пойдет — это слишком сложная сфера. У людей, которые с нами, высокие мотивация и осознанность. Это состоявшиеся, реализованные, активные люди, которые хорошо понимают, куда и зачем идут.

Фото из архива фонда

Из каких-то материальных бонусов мы даем футболки, кепки, хотя это просто атрибутика волонтера. Можем дать билеты в кино, на мероприятие, вместе поболеть за футбол, поиграть в игры, поехать на шашлыки. Но я не могу назвать это тимбилдингом. Это встреча с друзьями.

Вы же в семье проводите праздники не как командообразующие мероприятия? Не планируете, что в год нужно провести три встречи с вином? Просто есть традиции, важные даты и желание пообщаться с близкими. Вот такие и наши мероприятия для волонтеров.

Ошибки

Не буду говорить, что у нас все идеально отлажено. Мы учились и продолжаем учиться на своих ошибках. Расскажу о самых распространенных.

Вовремя не ответить на предложение помощи. Человек расстраивается, уходит и думает, что он нам не нужен, поэтому реагировать необходимо сразу.

Некорректно выстраивать роли, не обсуждать правила на берегу. Волонтер должен четко понимать свою задачу.

Не дать качественную и благодарную обратную связь в конце мероприятия. Важно поставить правильную точку в конце, дающую продолжение.

У нас было заблуждение, что помощники могут заниматься всем подряд. Но на самом деле неправильно дергать автоволонтера на проведение мастер-класса или уборку в лагере. Имеет смысл еще на этапе анкеты распределять людей по направлениям.

Недостаточно бережное отношение. Например, марафон начинается в десять, вы говорите всем волонтерам приезжать к семи. Но в семь нужны не все, а только трое, а остальные — за полчаса до начала. Человек за три часа уже устал, перегорел, есть хочет. Нужно уважительно относиться к чужому времени.

Фото: из архива фонда.

И еще мы стараемся кормить волонтеров. Не нужно стол накрывать, просто дать воды и бутербродов, на это можно поискать спонсора. Я, как мама троих детей, не хотела бы, чтобы мой ребенок чах где-то без воды и еды. Конечно, все взрослые люди, могут о себе позаботиться. Но мне приятно, если кто-то заботится обо мне.

Прощание

Мы создаем условия для волонтерской помощи, но никого не тянем и не удерживаем. Мы создаем условия для работы, но если человек неактивен, считаю неправильным его подталкивать, стимулировать. Это должен быть только его выбор и решение.

Если волонтер не остался — это не значит, что он плохой. Возможно, просто твоя организация не для него. Нужно дать человеку уйти без чувства вины, чтобы он не разочаровался в волонтерской работе и мог попробовать себя в другой организации.

Фото из архива фонда

Подписывайтесь на канал АСИ в Яндекс.Дзен.

Дорогие читатели, коллеги, друзья АСИ.

Нам очень важна ваша поддержка. Вместе мы сможем сделать новости лучше и интереснее.

Рекомендуем

«Негрустные истории»: в Томске рассказали истории успеха онкобольных детей

В Томской областной государственной филармонии открылась фотовыставка «Негрустные истории». Команда Благотворительного фонда имени Алены Петровой рассказала 13 историй детей с онкологическими диагнозами.