В России планируют создать Национальный центр поиска пропавших и помощи пострадавшим детям. К его созданию будут привлечены МЧС России и другие профильные министерства и ведомства. Волонтеры-поисковики приветствуют данную инициативу, но отмечают, что для начала нужно решить другую проблему – обеспечить безопасность детей. Представители НКО также настаивают, что такой центр должен находиться под патронажем государства и финансироваться из госбюджета.

С предложением о создании Национального центра поиска пропавших и помощи пострадавшим детям выступила Ассоциация уполномоченных по правам ребенка в субъектах РФ.

«Наша задача — скоординировать усилия всех тех, кто профессионально этим занимается, и тех, кто готов в этом участвовать добровольно — волонтеры, общественные организации», — отметил Уполномоченный при Президенте РФ по правам ребенка Павел Астахов.

Он добавил, что для повышения оперативности распространения информации планируется разработка приложения для мобильного телефона по поиску пропавших детей.

Реализация проекта планируется уже в мае в рамках Национального плана действий в интересах детей. Презентация мобильного приложения к смартфону также запланирована на май. «Когда идет розыск пропавшего, каждый сможет сфотографировать увиденного ребенка, отправить фото в центр и получить информацию, он это или не он», — пояснил Павел Астахов.

Национальный центр поиска пропавших детей в стране необходим, считают волонтеры поисковых отрядов. Однако пока не ясно, насколько он сможет быть работоспособным.

Воробьева Ирина

Ирина Воробьева, координатор добровольного поискового отряда «Лиза Алерт»

Заявление о том, что такой национальный центр необходим и будет создан, было сделано еще в 2011 году. И каждый раз, как видите, это заканчивается ничем. Чем закончится в этот раз, тоже пока неизвестно. Конечно, мы бы хотели принять участие в его создании, но на данный момент таких предложений нам не поступало. Вообще, ситуация в целом с реакцией государства на пропавших детей, несмотря на все усилия, остается весьма плачевной. Потому что самые страшные пропажи детей – это похищения с целью социального насилия. Для того чтобы иметь возможность спасти такого ребенка, есть всего три часа времени, как показывает практика. К сожалению, острой реакции государства на такие события мы не наблюдаем.

Как правило, такие похищения происходят не в Москве и Санкт-Петербурге, а в средних городах. Где нет ни ограды на детских учреждениях, ни видеокамер, то есть безопасность для детей, которые находятся в государственных учреждениях, не обеспечена. Мне кажется, что нужно начинать с этого. Для начала обеспечить безопасность детей, которые находятся под опекой государства, чтобы не возникали случаи, когда из больницы похищают полуторамесячного ребенка или когда насильник забирает из детского сада девочку. Давайте начнем с основ. Когда мы защитим наших детей от подобных историй, тогда и нужно думать о создании национальных центров.

Гаянэ Степанян

Гаянэ Степанян, главный редактор информационного агентства «Поиск пропавших детей»

Пока мы не представляем, как будет работать центр, кто и по каким принципам будет им руководить, какая роль отводится в нем государственным структурам и общественным организациям, из каких средств он будет финансироваться, в чем будет заключаться его работа. Очень мало информации о нем. Насколько нам известно, ни одно из профильных ведомств — МВД РФ, СК РФ — не было приглашено на предварительные консультации по работе центра в том формате, в котором он был заявлен, они были уже поставлены перед фактом.

Также не были проведены консультации с профильными общественными организациями, которые занимаются поиском пропавших детей в России. Нам известно не менее 50 таких организаций. Кроме того, нам представляется ошибочным, что такой центр существует на общественной, а не на государственной основе, так как зарубежный опыт подсказывает эффективность именно государственного института. Мы считаем, что такой центр должен работать в прямом подчинении Следственного комитета РФ и/или МВД РФ. Более того, в проектах, которые разрабатывались с 2009 года межведомственной рабочей группой, закладывалась именно первостепенная роль государства в создании и руководстве работой центра. Работу этой группы инициировала, в частности, член Общественной палаты РФ, лидер движения «Сопротивление» Ольга Костина. Мы уверены, что центр по поиску пропавших детей, который бы координировал работу государственных ведомств и общественных волонтерских организаций, необходим, но он должен работать строго под патронажем государства и профильных ведомств и финансироваться за счет государства.

Денис Греков

Денис Греков, руководитель отряда «Лиза Алерт» в Алтайском крае

Такой центр сам по себе, безусловно, нужен, по крайней мере, как некий федеральный центр по поиску детей. Правда, пока мне не очень понятно, какова будут его реальная работоспособность и каковы полномочия. Например, сможет ли он реально интегрировать информацию из региональных органов МВД и медицинских учреждений? Каковы будут его методики поиска пропавших и насколько оперативно он будет работать? Не будет ли это просто еще одной инстанцией, куда информация попадает спустя месяцы после событий и где она потом просто лежит «до востребования»? Каковы будут медийные возможности этого центра? И еще множество вопросов, на которые пока у меня нет никакого ответа. А в целом я к инициативе отношусь с интересом. Надеюсь, из этого получится что-то, что реально работает. Хотелось бы верить.

Фото: .facebook.com/vorobievaya/photos, vk.com/id3250405?z=photo, facebook.com/DenGrekus/

Рекомендуем

Проект #UberPOISK помог найти пропавшего ребенка

Благодаря проекту #UberPOISK по поиску детей с помощью объявлений на автомобилях, который проводился в апреле 2016 года Всероссийской ассоциацией волонтерских организаций «Поиск пропавших детей» и…