В январе этого года на хребте Сайлюгем в Кош-Агачском районе Республики Алтай произошла катастрофа вертолета МИ-171. Погибли семь человек, среди которых были высокопоставленные федеральные и местные чиновники. Это происшествие вызвало широкий общественный резонанс, поскольку вертолет разбился во время браконьерской охоты на алтайского горного барана (аргали), занесенного в Красную книгу.

Охота на «краснокнижных» животных является преступлением, предусмотренным статьей 258 Уголовного кодекса Российской Федерации. «Однако уголовное дело по факту незаконной охоты возбуждено совсем недавно. На фоне ведущейся в стране кампании по борьбе с коррупцией и злоупотреблениями чиновников отсутствие своевременной реакции со стороны правоохранительных органов и первых лиц государства выглядит как минимум странно», – считает руководитель АКОО «Геблеровское экологическое общество» Алексей Грибков.

В мае в ходе исследовательской экспедиции Геблеровского экологического общества на хребте Сайлюгем была обнаружена еще одна жертва браконьерской вертолетной охоты: при обследовании юго-западного склона горы Черной (долина реки Каланегир) члены организации нашли останки самца алтайского архара. «На месте катастрофы были обнаружены три убитых аргали, которых позже вывезли для проведения экспертизы. Однако выше по склону от того места, где упал вертолет, найдена голова еще одного горного барана. Тушу животного растащили хищники и падальщики, которыми изобилуют эти места. Сильно обглодана и голова архара, но сохранившиеся остатки мягких тканей, шкуры и шерсти однозначно указывают на то, что зверь был убит прошедшей зимой», – отмечают в АКОО «Геблеровское экологическое общество».

Экологи и общественность почти четыре месяца добивались возбуждения уголовного дела по статье 258 Уголовного кодекса (незаконная охота). Сегодня дело возбуждено и расследуется. Однако следствие располагает фактами только о трех убитых архарах, что, как выяснилось, не соответствует действительности. А ведь от того, сколько было убито аргали, зависит тяжесть совершенного преступления и, соответственно, мера ответственности виновных. Установленный законодательством размер иска за каждого уничтоженного горного барана – 300 тыс. рублей. С учетом еще одного найденного архара ущерб, причиненный природе, исчисляется уже в 1,2 млн рублей. С экологической точки зрения вред, нанесенный архарам браконьерами, усугубляется тем обстоятельством, что все убитые животные являются взрослыми здоровыми самцами, а значит носителями генофонда популяции.

По мнению А. Грибкова, государственная экологическая политика утратила эффективность. В середине 1990-х годов, в период глубокого экономического упадка, природные ресурсы, как ни странно, охранялись куда более успешно. Существовал Государственный комитет по экологии, который отвечал за стабильность экологического сектора и особо охраняемые природные территории. Сегодня ситуация изменилась. За охрану природных ресурсов отвечают сразу несколько ведомств: Министерство природных ресурсов и экологии, Россельхознадзор, Роспотребнадзор, Росприроднадзор. Наладить плодотворное взаимодействие между четырьмя крупными организациями достаточно сложно. Как правило, если в одно из этих ведомств поступает жалоба, то ее отправляют в соседнее с объяснением: «Это не наша компетенция». В результате жалоба остается нерассмотренной. Общественники борются с безразличным отношением государственных структур к природоохранной деятельности, но их, по большому счету, не слышат. «В сферу природопользования общественникам путь «отрезали», что немаловажно – законодательно! Закон запрещает представителям негосударственных организаций даже самостоятельно ловить браконьеров. Теперь общественники имеют право лишь сообщить о происшествии, тогда как в советское время существовал целый общественный институт, занимающийся этим вопросом», – говорит А. Грибков. Общества охраны природы и добровольные народные дружины по закону имели возможность задерживать правонарушителей, составлять протоколы правонарушений и даже изымать орудия незаконного природопользования. Сегодня это могут делать лишь государственные инспекторы.

Последнее время в крае работает Межрегиональный экологический общественный совет Алтая, в который входит 17 общественных организаций Алтайского края и Республики Алтай. Вопросами браконьерства в нем занимается АКОО «Геблеровское экологическое общество». Организация заключила четырехстороннее соглашение с Главным управлением внутренних дел по Алтайскому краю, Крайохотуправлением и Государственным заповедником «Тигирекский». В рамках этого соглашения создана межведомственная антибраконьерская бригада, в которой государственные инспекторы совместно с инспекторами заповедника и общественниками проводят рейды по поиску браконьеров.

Эти рейды необходимы, ведь только за прошедший год в Алтайском крае зарегистрировано более тысячи случаев браконьерства. Чаще всего незаконно охотятся на зайцев, лосей, косуль.

Однако наказание, которое браконьер получит за незаконную охоту, несоизмеримо с нанесенным им ущербом. Если охотник пойман на территории охотугодий без лицензии, то будет составлен протокол административного правонарушения и выписан штраф, размер которого зависит от того, на какое животное совершалась охота. Если же браконьерство было совершено на особо охраняемой природной территории (заповедники, национальные парки, заказники), то браконьеру грозит максимум два года лишения свободы, однако подобные прецеденты случаются крайне редко.

Рекомендуем