У Татьяны почти год капает вода из крана — она ждет, когда Андрей вернется домой после реабилитации.

Фото: Sharon McCutcheon / Unsplash

«Давление как у космонавта»

Татьяна и Андрей познакомились 28 лет назад на работе. «Андрей пришел, увидел и победил», — смеется Татьяна Ананьева. Потом они поженились, потом стали дедушкой и бабушкой для внука Ярослава. 

Андрей, по словам Татьяны, «реально хороший мужик», и руки у него растут оттуда, откуда надо. Мог делать все — и раздвижные жалюзи у них дома 20 лет работают, и у всех соседей поставил раздвижные двери. Все мог отремонтировать, починить и придумать. 

4 ноября 2020 года у Андрея случился инсульт. 

«Никаких предпосылок не было, голова у Андрея не болела, не кружилась, давление не поднималось. Ситуация совершенно непонятная», —  вспоминает Татьяна Ананьева. 

В тот день Андрей и Татьяна смотрели комедию по телевизору. В какой-то момент Андрей сказал, что ему нездоровится. Сказал, что пойдет умыться. Татьяна, сама не знает почему, но пошла за ним. Тут же посадила на кухонный диван и вызвала скорую.

В скорой стали уточнять, что случилось, спросили насчет ковида. Татьяна что-то крикнула им так, что минут через 10 они приехали. Она не помнит, что точно — шоковое состояние. 

Фото: Константин Сутягин / Фотобанк Лори

Раньше Андрей никогда ничем не болел, ходил только к зубному врачу. Когда относил продукты своей маме, которая следила за своим и его давлением, она ему говорила: «Давление у тебя, Андрюша, как у космонавта». 

Андрея забрали в Первую градскую больницу (Городская клиническая больница №1 им.Н.И.Пирогова). Сначала Татьяна никак не могла туда дозвониться, а потом нашла телефон заведующей. Заведующая взяла трубку и сказала: «Состояние стабильно-тяжелое, но он пришел в себя. Передала телефон отделения».

В отделении подняли трубку и сказали: «Обширное поражение головного мозга и полная парализация». Ее чуть саму не парализовало, вспоминает Татьяна. Оказалось, в отделении «немножко перепутали». Андрей пришел в сознание и мог разговаривать. 

«Вам мужа надо забирать, он нам надоел»

Из больницы Андрея повезли в реабилитационный центр, о котором говорили так: «Люди приезжают туда «полутрупами», а выходят на своих ногах». И из больницы давали хорошие прогнозы: он восстановится. 

Татьяна поехала вместе с ним, и у ребцентра (реабилитационный центр) к ней подошел «огромный мужик», видимо, санитар и сразу сказал: «Так, сколько будешь платить? Няньку будешь нанимать? Подгузники привезла?» Она была в шоке — не знала, что сказать. 

На то время у Андрея была парализована правая сторона, но он сам садился, правая нога двигалась и шевелилась. Не работала только правая рука. Татьяну он сразу узнал, все понимал, разговаривал. 

Реабилитация должна была проходить 14 дней, дальше — по усмотрению врача. 

«У меня была 150% уверенность, что раз он встал, соображает и попал в хороший ребцентр — ему помогут. Потом из ребцентра позвонили: «Вы знаете, вам мужа надо забирать, он нам надоел, нам с ним тяжело. Пускай три месяца дома полежит, а потом привозите обратно», —  рассказывает Татьяна. 

Им пришлось искать платный ребцентр, благо, сбережения на это были. Через два дня снова позвонили: «Ну что, когда будете забирать?» Татьяна объяснила, что пока они ищут другой центр. 

Еще через два дня позвонил невролог из того ребцентра: «У Андрея Васильевича ковид, мы отправляем его в ковидную больницу». 

«Какой ковид? Он лежачий, лежит в ребцентре. Вот его я матом обложила, честно говорю. Потом позвонил Андрей — у него паника, он не понимает, что такое. Постаралась его успокоить», —  говорит она. 

Фото: Bud Nug / Unsplash

Сутки Татьяна с дочкой не могли найти, куда отвезли Андрея. Потом оказалось, что привезли его в ковидную больницу без документов, «как бомжа». Когда они его нашли, местная врач сказала «Какое счастье!». То есть дала понять, что его бы не стали лечить, если бы не нашлись родственники. 

Как там было, Татьяна не знает — не пускали, как в любое ковидное отделение. По телефону говорили, что с ним все хорошо, за ним ухаживают. 

Тем временем они нашли реабилитационный центр «Три сестры», который согласился взять Андрея. 

Когда Татьяна приехала в ковидную больницу забирать мужа, то не сразу его узнала — Андрей лежал на животе, обросший, правая рука болталась внизу.

«Главное, что живой и может ходить»

Потом Андрея все-таки привезли в ребцентр «Три сестры» на три месяца реабилитации. Там поставили на ноги. Там же дали телефон фонда ОРБИ. 

Потом была реабилитация в разных центрах: и в платных, и по ОМС, но помогало слабо. Был один ребцентр, который позиционировал себя как «Три сестры», но дешевле — он, говорит Татьяна, и рядом не стоял с «Тремя сестрами».

Поэтому ОРБИ открыл сбор, чтобы вернуть Андрея в «Три сестры». Сначала сбор шел плохо, а потом, под Новый год, вспоминает Татьяна, «пришел Дед Мороз и чудом закрыл сбор». Сейчас Андрей проходит реабилитацию. 

«Андрей у меня знаете какой. Он когда очнулся в реанимации, врач подошел спросить, как дела. Андрей ответил: «Нормально», — смеется Татьяна.

В «Трех сестрах» Андрею стало лучше: там после первой реабилитации его все помнили. Татьяна попросила всех специалистов заниматься с ним до «кровавых мозолей», там посмеялись, но сказали, что так и будут. Теперь Андрей по вечерам звонит и говорит: «Ой, все хорошо, в бассейне был, это делал, то делал, поужинал, так устал, пойду отдыхать». 

Все были удивлены, что после такого инсульта он смог встать. После первой реабилитации Татьяна вызвала врача на дом, терапевта. Тот в ужасе спросил: «Это кто? Как, он ходит? И без палочки?» Татьяна отвечала: «Да, врач сказал, чтоб никакой палочки». 

У Андрея хорошие прогнозы, если он не бросит реабилитацию. Говорят, он может восстановиться полностью, разве что где-то повредили правое плечо и рука теперь не поднимется высоко. «Но какая разница, — смеется Татьяна, — главное, что живой и может ходить». 

Как она поддерживала себя все это время, Татьяна не знает. 

«Кто если не я? А кому нужна моя дочь? А мой внук? А кто будет Андрюшке помогать? Кто, если не я? Вот только такие мысли, только вперед, к выздоровлению, к новой счастливой жизни», —  говорит она. 

Сейчас Андрей уже сам гуляет по территории ребцентра. 

«А я говорю: давайте ему лопату в руки, пусть снег гребет! Ну а что. Плакать уже надоело, слезами ничему не поможешь. А так все-таки весело», —  смеется Татьяна. 

Дома у Татьяна уже почти год капает вода из крана. Стали заедать жалюзи. Внук Ярослав складывает сломанные игрушки в одно место и говорит: «Деда придет, будем ремонтировать». 

Когда слезами ничему не поможешь, помогает фонд ОРБИ и Дед Мороз.

Фото: Holly Obermiller / Unsplash

Фонд борьбы с инсультом ОРБИ — первый профильный фонд в России, занимающийся проблемой инсульта.

ОРБИ оказывает информационную, юридическую, психологическую помощь тем, кто столкнулся с инсультом, оплачивает реабилитацию, обучает навыкам ухода за людьми, пережившими инсульт. Поддержать его работу можно тут

Материал подготовлен по проекту «НКО-координаты». Проект реализуется Агентством социальной информации при поддержке Фонда президентских грантов.

Дорогие читатели, коллеги, друзья АСИ.

Нам очень важна ваша поддержка. Вместе мы сможем сделать новости лучше и интереснее.

Услуги организаций

Фонд «ОРБИ» оказывает информационную, юридическую, психологическую помощь тем, кто столкнулся с инсультом, оплачивает реабилитацию, обучает навыкам ухода за людьми, пережившими инсульт. Все услуги бесплатны для получателей.

Рекомендуем

Они изменят наше будущее: выпускники Philtech-акселератора представили социальные технологические стартапы

На дизайн-заводе «Флакон» 7 июня состоялся Demo Day выпускников второго потока Philtech-акселератора. Авторы-финалисты презентовали потенциальным инвесторам свои технологические проекты, решающие социальные проблемы.