Две истории про то, почему человек на пенсии очень нужен миру.

Фото: Фонд Тимченко
Почему вы читаете этот текст

Текст — часть спецпроекта «Люди места», посвященного 10-летию Благотворительного фонда Елены и Геннадия Тимченко. Раз в месяц Агентство социальной информации рассказывает об одной из программ фонда, с помощью экспертов и авторов проектов подводя итоги работы и анализируя эволюцию программы.

Мы рассказываем самые интересные истории людей, которые придумали способ изменить деревню, село или район вокруг себя через культуру, проекты для старшего поколения, поддержку родительства или массовый спорт, и описываем технологии, которые можно тиражировать как на уровне организаций и ресурсных центров, так и в масштабе целых регионов.

Маяк в степи

Территория: город Сорочинск, Оренбургская область.

 Население: около 30 тыс. человек.

Дядя Петя Куршевель строит горнолыжный курорт в Сорочинске, где из других развлечений — как он говорит — только кабак. Петру Георгиевичу Григорьеву 77 лет, курорт он строит с шестидесяти четырех, цель — «для пацанов, которым некуда пойти».

Всё детство он гонял по горам в Киргизии на самодельных лыжах. Бывший инженер-механик, на пенсии арендовал подножие горы Маяк на окраине города. Очистил от мусора, сделал руками подъемник из старого японского джипа и российского «газика». Выучился в Москве на инструктора горнолыжного спорта, скупил в спортшколах списанные лыжи и сноуборды, отремонтировал их и начал ставить сорочинских детей на горные лыжи, которых тут сроду не видели.

Петр Григорьев в молодости. Фото из личного архива

Отличникам – школьникам и студентам – при предъявлении дневника  предоставляется 100%-ная скидка на визит, хорошистам – 50%. Троечники и двоечники платят полную сумму.

Трасса небольшая – всего 300 метров, но для степного Сорочинска невероятная. Подъемник электрический: Григорьев зарегистрировал НКО, собрал деньги и провел на гору ток. Проложил от автотрассы двухкилометровую дорогу — когда надоело добираться до спусков на вездеходе с прицепленной будкой-раздевалкой с лыжами.

«В  администрациях, что городской, что районной, один ответ: денег нет, –  вздыхает он. –  Ну денег нет, но есть друзья, земляки. На буровой работал – и дорожники знакомые, и нефтяники, если сами ушли, то у них дети-внуки есть. И всем хочется сделать что-то для людей, для города. Ходил просил. Люди помогали, один бы, конечно, не справился.

 Даже глава администрации удивился: как так, мы остановку четвертый год не можем оформить, а ты дорогу построил, и тебя не посадили? — говорит дядя Петя Куршевель. — Начальник дорожный тоже посмотрел: эта работа миллиона четыре стоит, а ты бесплатно сумел? Так я ж не для себя работал, вот и весь секрет».

В администрации, правда, уговорили отдать дорогу городу – мол, ее же обслуживать надо, а тебе тяжело. В итоге чистит ее все равно Григорьев.

Снег для невысокой горы Маяк приходится намораживать: естественный покров выдувает степным ветром. Потребовались скважины для воды,  снеговые пушки.Дядя Петя пробурил, добыл, отремонтировал. Из списанной машины сделал новый мощный ратрак для прокладывания трасс.

Петр Григорьев. Фото: Фонд Тимченко

«Фонд Тимченко в 2017 году меня поддержал, –  говорит он. – На грант в 70 тысяч я Школу здорового образа жизни открыл, где уже не только детей, но и своих ровесников стал обучать горнолыжному катанию. В других конкурсах всё больше грамоты давали. Один раз вместе с грамотой пришлось на вокзале ночевать – подарков домашним купил на последние деньги».

Говорит, полегче стало, когда о нем начали писать СМИ, когда съездил в администрацию президента. По решению правительства Оренбургской области в 2017 году на горнолыжной базе построили новый гостевой дом, поставили вагончики для проката лыж, сноубордов и «ватрушек». Протянули новый подъемник, закупили технику, проложили шесть трасс.

100
рублей стоит час катания у Петра Григорьева

Но цены за вход на государственный подъемник установили в четыре раза больше, чем у Григорьева, и без всяких скидок отличникам. Его самого приняли на работу начальником канатной дороги с окладом в 11 тысяч рублей. Правда, по словам Григорьева, в 2020 году внезапно выяснилось, что он уволен и зарплата ему не полагается.

Сейчас на Маяке два подъемника: государственный и дяди Петин «Куршевель». Трассы для тюбинга у Григорьева пока нет, но он третий год мастерит машину для ее прокладывания: придумал, говорит, старый «Москвич» на гусеницы поставить, а сзади приспособить грузовые шины, чтобы они «вычертили» желоб. Пока что-то не получается. Но дядя Петя не отчаивается.

«Москвич», который будет прокладывать трассу для тюбинга. Фото из архива дяди Пети

«У меня интересных занятий много: на дельтаплане летаю, желающих на водных лыжах катаю бесплатно, водный буксировщик собрал и мотоцикл водоплавающий, – рассказывает он. – Машины сам конструирую: видели, на выставке ОНФ в 2014 году президент у «вежливых броневиков» стоял? Один, на базе «ЗИЛа», из моей мастерской вышел. Бросил бы всё, но земляки говорят, что тогда горнолыжка заглохнет.  Хочу продержаться, пока не станет ясно, что без меня справятся. Предназначение, наверное, у меня такое».

Благодаря дяде Пете Сорочинск помолодел, тут появились туристы из Оренбурга и райцентров. Как следствие — в 2020 году власти отремонтировали кинотеатр «Россия», который с 2000-го стоял в аварийном состоянии.

«Будем учить людей смеяться»

Территория: город Улан-Удэ, Республика Бурятия.

Население: около 440 тысяч человек.

Среднестатистический пожилой человек Бурятии, как утверждает Бурятстат, —  это женщина-горожанка, скорее всего одинокая после 70 лет. В первые 5-10 лет после выхода на пенсию она старается сохранить работу. С работой в Бурятии сложности: по данным исследования «РИА Новости» за 2020 год, регион на 81-м месте в стране по качеству жизни, да и в целом по разным показателям депрессивный.

Полине Шишмаревой 57 лет. Восемь лет назад она окончила Бурятский госуниверситет, получила образование семейного психолога. В самые первые дни пандемии, с 27 марта 2020 года, она вместе с четырьмя другими психологами открыла бесплатную горячую линию экстренной психологической поддержки для всех. Выложили в соцсетях номера своих личных мобильных телефонов и стали принимать звонки.

В тот же год 11 января у нее умер муж. Они прожили вместе 36 лет: работали инженерами в проектной организации, вырастили двух дочек. До марта с ней жили дети, пока не поняла, что надо справляться самостоятельно. И грянул карантин.

«Никуда выйти не могу, дети прийти не могут – опасаются за меня, душа болит, – рассказывает Полина Шишмарева о периоде самоизоляции. –  Но я все равно не одна: дочки, внуки звонят, продукты привозят. А как живут другие, одинокие?»

Фото: Полина Шишмарева с мужем, фотография из личного архива

Полина Антоновна принимала по 10-15 звонков в день, звонили и по ночам. Разговаривала часами. Закончив слушать 30-летнюю женщину, горюющую о нарушенных планах на юбилей, начинала говорить с мужчиной, который хотел вскрыть себе вены.

«Говорит:  у меня в руках опасная бритва, а живу я на пятом этаже. Как мне лучше умереть? Долго беседовали, пока он не отложил бритву».

Одиноким, которые вроде бы должны были привыкнуть к этому состоянию, оказалось особенно тяжело: ни выйти, ни побыть среди людей. «Звонила женщина, постарше меня, почти с такой же историей, как моя: потеряла мужа, никого видеть не может. У другой всё вроде в порядке, но жить не хочется. Третий, охранник предприятия, тоже одинокий, оказался на территории этого предприятия с одними собаками. Вместе искали что-то хорошее в их положении. Часто начинали со слез, а потом смеялись».

Координаты тех, кому нужна была помощь продуктами, психологи сначала передавали в ресурсный центр добровольчества «Добродом», а потом и «Серебряные волонтеры Бурятии» стали собирать и передавать продукты.

«Многие люди начинали понимать ценность помощи другим. Молодой мужчина, например, стал регулярно докладывать мне, как передает продукты и лекарства не слишком близкому родственнику 90 лет, и я неустанно его нахваливала, поддерживала».

Фото: личный архив Полины Шишмаревой

Также в пандемию «Серебряные волонтеры Бурятии» — организация, в руководящий состав которой входит Полина Шишмарева — начали проект «Бабушка онлайн»: читали детям сказки или показывали кукольные представления с экрана компьютера, чтобы дать отдохнуть их родителямм. Вели занятия по цигун, собирая у мониторов по 2,5-3 тыс. человек со всей страны.

Волонтеры объединились с общественными организациями Бурятии в коалицию: к ним присоединились Союз женщин, Совет отцов, Ассоциация детских садов. Вместе развезли почти тысячу продуктовых наборов и 600 масок, которые сшили сами. Попутно нашли 150 одиноких нуждающихся людей — «невидимок», которые никогда раньше не просили о помощи.

В сентябре 2020 года Полина Шишмарева получила памятную медаль и грамоту от президента Владимира Путина.

По словам Анатолия Грудинина,  руководителя движения «Серебряные волонтеры Бурятии», в том числе благодаря Полине Антоновне за последние полтора года активных старших в Бурятии стало больше. Сейчас уже более тысячи пенсионеров поддерживают одиноких и  больных,  устраивают праздники, занимаются спортом, получают новые навыки и обучают других, ищут невидимок.

Самому старшему серебряному волонтеру Бурятии – 91 год. 

Больше новостей некоммерческого сектора в телеграм-канале АСИ. Подписывайтесь.

Дорогие читатели, коллеги, друзья АСИ.

Нам очень важна ваша поддержка. Вместе мы сможем сделать новости лучше и интереснее.

Рекомендуем