Директор и ведущий юрист Центра защиты прав СМИ (внесен Минюстом в реестр НКО, выполняющих функции иностранного агента) о настоящем и будущем медиасферы.

Фото: Роман Демьяненко/АСИ

«Даже в советское время такого не было»

То, что мы сейчас наблюдаем, — это планомерное разворачивание государственной политики против свободного высказывания мнения, против независимых СМИ и молодежи, которая участвует в публичных акциях. Мы видим беспрецедентный уровень ограничения свободы слова и интернета на законодательном уровне, ужесточение судебной и административной практики, и даже на уровне риторики со стороны представителей государственных органов.

Впервые за последние годы не просто активизировались доносчики — они делают это демонстративно при явной поддержке и поощрении со стороны государства. И им не стыдно, они бравируют этим. Это вносит раскол в общество и провоцирует напряженность. Все это создает серьезный риск для гражданского общества, российского медиапространства и медиарынка в том числе.

За 25 лет, которые я работаю медиаюристом, я не помню подобного масштаба и разнообразия цензуры. Старшие коллеги и опытные журналисты говорят, что даже в советское время такого не было.

От «священной коровы» к военным действиям

Закон о СМИ после его принятия в 1991 году долгое время считался «священной коровой» — спорные поправки отклонялись, государство слушало мнение экспертов и медиасообщества. С точки зрения гарантий свободы слова, защиты конфиденциальности источников информации, свободной работы журналистов и гарантий их профессиональных прав — все было очень неплохо, на уровне качественных европейских законов.

Но в середине 2000-х началось активное изменение закона о СМИ: в него стали добавлять новые статьи, которые вносили новые основания для прекращения или приостановления выпуска СМИ за нарушение законодательства о выборах, экстремизме, ограничивали плюрализм в прессе, возможность иностранного участия в медиабизнесе, разросся список тем-табу, отнесенных к злоупотреблению свободой информации.

Фото: Роман Демьяненко/АСИ

Начался переход к контролю над прессой — в 2001 году гайки начали закручивать у НТВ, потом пришли большие медиахолдинги, и уровень давления государства на прессу начал расти. 

А сейчас мы наблюдаем апогей неоцензуры. Высочайший уровень государственного контроля над прессой через Роскомнадзор и другие контролирующие органы, количество и разнообразие судебных процессов постоянно растет, блокируются сайты, против прессы используется антиэкстремистское законодательство, законодательство об иностранных агентах, ограничивается возможность журналистов освещать публичные акции.

Уровень агрессии по отношению к журналистам снова колоссальный. Я уже не говорю о ситуациях вторжения в их частную жизнь, обысках, преследованиях в уголовном порядке, количества претензий со стороны контролирующих органов. Журналисты сейчас живут в таком напряжении, в котором не жили никогда, даже в период чеченских войн. Потому что сейчас «военные» действия по всей стране, во всей медиасфере.

От прогнозов воздержусь — я юрист и решаю проблемы, когда они возникают. Когда это возможно, предупреждаю их возникновение, стараюсь снижать правовые риски для журналистов.

Сейчас законодательство такое, какое оно есть, лоббированием мы не занимаемся и поэтому вынуждены работать с теми правовыми инструментами, которые нам доступны. Все, что мы, медиаюристы, можем делать — это максимально страховать журналистов, предупреждать их о правовых рисках и защищать, когда это необходимо.

На развилке

Каждую неделю у нас «черная пятница» (почти каждую неделю по пятницам Минюст объявляет очередное СМИ иностранным агентом. — Прим. ред.), журналисты-расследователи подвергаются гонениям, и на этом фоне надо меньше разговаривать и больше делать. Журналистам нужна сейчас помощь не только правовая, но и организационная, бухгалтерская и даже психологическая. 

Фото: Роман Демьяненко/АСИ

Молодые журналисты, да и в принципе журналисты, сейчас находятся на развилке: ты можешь выбрать спокойную жизнь с отсутствием рисков и пойти работать в государственную прессу, где часто очень неплохо платят. Но не факт, что ты будешь жить в гармонии со своей совестью.

Все-таки журналистика — это не просто профессия, где достаточно заниматься копирайтингом и рерайтингом пресс-релизов власти. Журналистика — это площадка для свободного обмена мнениями, открытой дискуссии, объективного и плюралистического информирования общества о происходящих процессах на всех уровнях — от международного до местного.

Если ты хочешь оставаться в реальной профессии, то идешь в уже существующие независимые СМИ либо создаешь новые. Активно развиваются блогеры. Сейчас в общем самая волна создания независимых информационных проектов, которые не регистрируются как СМИ из-за уже зашкаливающего уровня контроля со стороны Роскомнадзора.

Есть еще вариант — уйти в блогеры. Есть, кстати, немало случаев, когда журналист днем работает на государственную телекомпанию и занимается пропагандой, а вечером ведет собственный честный блог. Иногда у этих блогов довольно большое количество подписчиков. 

Трое в лодке

Журналисты сейчас поделились на три группы. Первая, и это довольно большая масса людей, получает свою государственную зарплату и наблюдает тонущий Титаник со стороны.

Оставшаяся часть независимых журналистов делится еще на две: одна продолжает работать и бороться несмотря ни на что, вторая часть уходит. И мы не имеем права никого упрекать. Я знаю талантливейших журналистов, которые, к сожалению, ушли из профессии, потому что для них невыносим статус иностранного агента. Они не готовы жить в условиях ежедневного преодоления и постоянного риска быть привлеченным к каким-нибудь административкам или еще хуже — к уголовной ответственности. 

Фото: Вадим Кантор / АСИ

Есть, безусловно, и те, которые смело и принципиально говорят, что продолжат работать для своих сограждан, семей, друзей, родителей и российского общества, потому что это их миссия. Они осознают уровень ответственности и понимают, что могут потерять свои семьи, что им могут сломать всю жизнь. Ради чего они идут на эту жертву? Государство думает, что ради денег. Я уверена, что это вообще не про деньги, не про комфорт и не про международные связи.

Просто они понимают, что общество без них будет оболванено по полной программе.

Позитивная нота

А теперь о позитивном. Мы наблюдаем большой рост независимых медиапроектов и бум блогерства. Это не только бьюти- и трэвэл-блогеры, но и общественно-политические блогеры, которые восполняют своими телеграм- и ютуб-каналами отсутствие независимой журналистики. Особенно это ярко наблюдается в регионах.

Алексей Симонов как-то назвал общественно-политических блогеров «журналиствующими гражданами». Свято место пусто не бывает — кто-то ведь должен называть вещи своими именами, а не только хвалить местную администрацию. 

И мы таких блогеров знаем немало: днем они работают, к примеру, на местном маленьком рынке, а в остальное время держат в нервном напряжении всю местную власть, потому что показывают дыры на дорогах и ведут репортажи у себя в ютуб-канале обо всех проблемах. Мы однажды защищали блогера-учительницу, есть у нас знакомый блогер-егерь в лесу. Раньше же такого не было. 

Что еще невозможно не отметить, так это бум расследовательской журналистики за последние три года. Такого не было никогда. И да, мы видим, что в этом году начали охоту на этих журналистов. Но на это они отвечают: значит, мы не зря работали.

Рост солидарности среди журналистов — это тоже особенность последних лет. Посмотрите, как журналисты поддерживали Ивана Голунова, Светлану Прокопьеву, Игорь Рудникова, Ивана Сафронова. Такого проявления солидарности раньше не было, даже когда журналистов убивали. 

Фото: Вадим Кантор / АСИ

Можно даже сказать, что мы наблюдаем перерождение профессии и возрождение настоящей журналистики. Потому что предыдущие годы немного напоминали заболоченную местность.

А сейчас журналисты просыпаются. Медиасообщество просыпается. Раньше слово «миссия журналистики» воспринималось как цитата из учебника, а сейчас появилось ощущение, зачем журналистика нужна.

И возможностей для того, чтобы быть честным в профессии, сейчас много. Молодым журналистам, которые родились с интернетом, легче найти правильное направление и правильную команду, к которой они готовы присоединиться.

Темы тоже бери любые: хочешь, пиши про феминизм, хочешь — про редкие виды животных, экологию, политику, экономику. Хочешь – про маленький город, хочешь – про большой. И делать это можно не в одном единственном специализированном издании на всю страну, а где угодно в интернете.

Несмотря на все сложности, мы видим свет в конце тоннеля, потому что все равно мир вырулит в баланс. Хотелось бы, чтобы это произошло с минимальным количеством жертв, разрушений, разочарований и потери интеллектуального капитала в стране, чтобы люди не уезжали. 

Я верю в то, что люди, в том числе и те, кто у власти, рациональны. И что они понимают, что если из машины и дальше выдергивать запчасти, то она рассыплется. А на рассыпанной машине далеко не уедешь. Зачем кому-то такая нестабильность? Мне кажется, что никто в этом не заинтересован.

Записала Анна Ермягина.

Больше новостей некоммерческого сектора в телеграм-канале АСИ. Подписывайтесь.

Дорогие читатели, коллеги, друзья АСИ.

Нам очень важна ваша поддержка. Вместе мы сможем сделать новости лучше и интереснее.

Рекомендуем

Как жить со статусом иноагента

В подкасте «Привет, ты иноагент» Софья Гройсман и Ольга Чуракова (внесены Минюстом РФ в реестр СМИ-иноагентов) рассказывают, как дальше жить, работать и не унывать, если…