Вера Пахомова, руководитель центра помощи диким птицам, — о дружбе с пернатыми, краудфандинге и влиянии города на природу.

Фото из архива Веры Пахомовой

На Megogo вышел четвертый эпизод подкаста Planeta.ru о людях в краудфандинге «И все-таки». Гостем нового выпуска стала Вера Пахомова, основательница центра «Воронье гнездо», единственной благотворительной организации в Москве, помогающей диким птицам. В этом году команда реабилитационного центра собрала больше 2 миллионов рублей на строительство загородной территории для своих подопечных.

Вера рассказала, как основать собственный реабилитационный центр, что делать, если нашли раненую птицу, и что движет людьми, связавшими жизнь с помощью пернатым. Делимся самыми интересными фрагментами интервью.

Создание «Гнезда»

Больше десяти лет назад я совершенно случайно подобрала птенца реполова. Это маленькая зерноядная птица, которая очень красиво поет. Именно тогда птицы покорили мое сердце. Для меня это был совершенно новый опыт взаимоотношений с диким животным.

Оказалось, что птенец, выращенный человеком, может стать настоящим другом.

Мне захотелось больше узнать о птицах, поработать с большим количеством видов. Я узнала, что в Подмосковье есть центр помощи диким птицам «Дно болота» и им нужна помощь волонтеров. Приехала туда один раз, другой, и меня это так увлекло, что я стала ездить в центр. И, как часто случается у активных волонтеров, со временем начала брать птиц к себе домой на выхаживание.

Личных пациентов становилось все больше и больше, я постепенно отошла от активного волонтерства в «Дне болота», и все это переросло в собственный проект — «Воронье гнездо». 

Фото из архива Веры Пахомовой

«Гнездо» изначально было домашним приютом. Я создала группу в соцсетях, где начала рассказывать про своих подопечных.

Переломным моментом стал первый краудфандинг. Во-первых, он позволил нам оборудовать отдельное помещение для содержания животных, а во-вторых, помог узнать о нас огромному количеству людей, которые присоединились к инициативе и стали волонтерами «Вороньего гнезда».

800 пернатых пациентов

Пока приют был совсем маленьким, никто не считал пациентов, не вел статистику. Строгий учет поступающих в центр птиц мы запустили в середине 2019 года. По нашим подсчетам, за вторую половину 2019 года через нас прошло около 100 пациентов, а за 2020 год их было уже 800.

Мы помогаем самым разным птицам — не только врановым, как можно подумать по нашему названию.

Я назвала приют «Воронье гнездо», потому что именно врановые с их невероятным умом и характером были и остаются моим любимым семейством птиц. Но среди наших подопечных есть и певчие птицы, и дневные хищники, и совы, и водоплавающие.

Сейчас у нас не осталось коллег в Московской области, которые помогали бы птицам на благотворительной основе, поэтому нагрузка выросла, перенаправить «непрофильного» пациента просто некуда. Приходится брать под свою опеку.

Сезон птенцов

Мы разделяем работу с птицами на четыре сезона. Самый тяжелый — сезон птенцов.

Это время, когда к нам обращается огромное количество людей с упавшими гнездами, ранеными и больными птенцами, слетками, подобранными по ошибке. В день может приехать несколько десятков птиц. Все это требует подъемов в пять утра, постоянного кормления и уборки.

Осенний пролет — это время, когда все птицы мигрируют южнее. Даже те, кто не улетает в теплые страны, смещаются к южной границе ареала.

Фото Александры Васильевой

Все молодые птицы, которые недостаточно удачливы, недостаточно умны — все они встречаются с какими-то препятствиями в городах, становятся жертвами хищников. За прошлую осень к нам поступило несколько десятков крупных сов. Многим требуется хирургическая помощь.

Весенний пролет легче, потому что осень отсеивает самых слабых, и весной на север летят те птицы, которые уже пережили первую миграцию.

А зима — это затишье, время, когда самые везучие из нас даже могут позволить себе отпуск. 

Центр центра

Если вырастить маленького птенца, он будет доверять человеку. Выпустить такую птицу нельзя. Для того чтобы птица выжила в природе после выпуска, она должна расти с себе подобными, тогда она будет ориентироваться на сородичей, а не на человека.

Многим птицам нужно уметь добывать живой корм — для этого, например, мы каждый год закупаем множество насекомых. Наши подопечные растут в вольере, учатся летать, кормиться, общаться, и в какой-то момент мы просто открываем вольер. Птицы улетают, но мы не лишаем их возможности вернуться. Мы оставляем корм, и если что-то пошло не так, птица всегда может прилететь к своему вольеру, поесть или переночевать в нем. Такой выпуск наиболее успешен и позволяет выживать даже самым маленьким видам.

Недавно мы собрали на Planeta.ru 2 миллиона рублей на начальный этап строительства на загородной территории. Это большой шаг для нашего центра: наконец-то он материализуется.

Мы купили участок в Киржачском районе Владимирской области. Ранее у центра своей территории не было, мы перемещались с одного арендованного участка на другой. Городской стационар у нас тоже находится на арендованной площади, но в нем живут больные птицы, которые сидят в карантинных боксах, практически не шумят, никого не беспокоят.

С загородной территорией сложнее — здесь птицы живут свободно, именно здесь они выпускаются. Из-за этого у нас часто возникали конфликты с соседями, которым не нравился шум и проделки наших подопечных. 

Дикая птица — собственность государства

Выпуск птицы в естественную среду обитания — наша первоочередная задача.

Пристроить травмированную птицу не очень сложно, для многих такой питомец — экзотика. Сложно пристроить ее в хорошие условия.

Все дикие птицы требуют специфических условий, например, наличия в рационе кормовых грызунов или насекомых, а все-таки не все люди готовы держать в морозильнике рядом с пельменями мышей. 

Мы не оставляем здоровых птиц в неволе, потому что даже в уличном вольере человек не может обеспечить полноценную жизнь для дикого вида. Но если речь идет о калеках — у нас много птиц с ампутированными конечностями, переломами, слепых — мы их пристраиваем либо в частные руки, либо, что предпочтительнее, в заповедники. 

Процесс взаимодействия с государством в области природоохраны — больная тема для меня.

У нас очень неповоротливый государственный аппарат. По факту, любая дикая птица является собственностью государства. Если мы изымаем ее из природы, неважно, травмирована она или больна, мы должны уведомить соответствующие инстанции и запросить разрешение на временное содержание с целью лечения и дальнейшего выпуска.

Последние такие заявки мы отправляли давно, наши птицы уже вылечились и выпустились, а ответа пока нет.

Естественно, мы не можем работать в таком формате, не можем подавать заявку на каждую птицу.

Мне бы хотелось, чтобы схема работы с реабилитационными центрами была упрощена, чтобы можно было работать быстрее и продуктивнее. 

При этом единственные птицы, которые не волнуют государство, — это вороны, грачи, дрозды-рябинники. Это птицы массовых видов, для них разрешен даже неконтролируемый отстрел. Человека, который убил ворону, можно привлечь к ответственности только за стрельбу в общественном месте.

Фото из архива Веры Пахомовой

Первая помощь птице

Город оказывает влияние на видовой состав фауны. В городе остаются те, кто может сосуществовать с человеком, находить пищу, успешно размножаться. Те, кто не может этого делать, из городов уходят.

Большая часть мелких певчих птиц кормит своих птенцов насекомыми. А в городах почти все газоны — это рулонная трава. Вся листва, в которой могли бы прятаться насекомые, осенью собирается в пакеты. Что птицам есть? Из вариантов остаются только отходы жизнедеятельности человека.

Именно поэтому в городах так много ворон — их бесполезно стрелять, они приспособились добывать еду на помойках, и пока у нас есть открытые мусорные баки, их популяция будет стабильной.

Но, чтобы увидеть хоть какое-то разнообразие видов, нужно идти в «дикие» парки, такие как Покровское-Стрешнево, Лосиный остров или Измайловский в Москве.

Что делать, если вы нашли птицу

  • Если нашли на улице птицу, в первую очередь свяжитесь с ближайшим реабилитационным центром. Возможно, животное вообще не нуждается в помощи. Сейчас, например, сезон слетков и огромное количество дроздят бегает по паркам и скверам. Они еще не умеют летать, но это нормальные здоровые птенцы, это их обычный этап развития.
  • Если же птица действительно больна или травмирована, нужно забрать ее с улицы. Если речь идет о воробье или скворце, то его можно просто взять в руки и посадить в коробку — ни он вам не навредит, ни вы ему.
  • Если обнаружили хищную птицу, лучше взять плотную ткань и накинуть ее на животное, потому что такие птицы могут нанести когтями серьезные травмы.
  • Ну и, естественно, нужно соблюдать правила гигиены — мыть руки после контакта с животным или его пометом.
  • После этого нужно связаться с ближайшим реабилитационным центром и узнать, могут ли они принять птицу на лечение. Чем быстрее это сделать, тем больше у подопечного будет шансов.
  • Не нужно сразу пытаться накормить птицу чем-то — если не знаете, что это за вид и чем он питается, можете ему навредить.
  • Не нужно насильно поить птицу, бежать с ней в ближайшую клинику — скорее всего, специалиста для дикого животного там не будет, в лучшем случае вам просто не помогут, в худшем — навредят. 
Фото из архива Веры Пахомовой

О деньгах и волонтерстве

Если мы соглашаемся принять птицу в реабилитационный центр, то всегда делаем это бесплатно, это наша принципиальная позиция. Мы не оказываем коммерческих услуг, если даем добро на то, чтобы принять птицу в «Воронье гнездо», это значит, что мы готовы взять на себя все расходы на ее лечение и содержание. Такие расходы могут быть разными — обычный осмотр обойдется дешевле, а операции могут стоить несколько десятков тысяч. 

Мы существуем благодаря пожертвованиям неравнодушных людей и заработку организаторов. Но помочь нам можно не только финансово. Нам актуальна и помощь вещами — лекарствами, шприцами, пеленками, кормами для животных.

На нашем сайте в разделе «Вещественная помощь» есть полный список всего необходимого. Также всегда нужна волонтерская помощь. Юридически наша организация состоит из одного директора, не имеющего зарплаты. Все остальные — волонтеры.

На постоянной основе нам помогают, наверное, человек 30. Для координации работы есть открытый чат в WhatsApp, куда можно получить доступ, заполнив анкету на сайте.

Благотворительный фонд без волонтеров невозможен. Люди к нам присоединяются, потому что у нас очень хороший дружный коллектив. Я стараюсь работать над созданием атмосферы в команде, мы проводим встречи, отмечаем праздники. Ну и, конечно, люди приходят ради животных.

Где еще можно потрогать сову или сфотографироваться с ястребом, покормить птенцов из рук и чувствовать при этом, что ты не просто развлекаешься за счет животных, а делаешь что-то полезное? 

Для меня «Воронье гнездо» — не работа, потому что заработка центр мне не приносит. Но это дело жизни.

Обращений с каждым годом все больше, центр становится известнее. Я понимаю, что работа с птицами вышла на ту стадию, когда я уже не могу «сойти с поезда». Я чувствую ответственность за свой проект, я не могу сказать, что мне все надоело и я хочу жить иначе.

Да, я могла бы ездить в отпуск и покупать себе хорошую одежду, как все нормальные люди. Но я понимаю, что не смогу этого сделать, потому что для этого нужен человек, который взял бы все то, что сейчас несу я, и понес бы это вместо меня. А это пока звучит как утопия. 

Фото Александры Васильевой

«И все-таки» — подкаст Planeta.ru о людях в краудфандинге. Премьерные выпуски доступны для прослушивания в бесплатном мобильном приложении Megogo в разделе «Аудио».

Текст предоставлен PR-службой Планеты.ру.

Больше новостей некоммерческого сектора в телеграм-канале АСИ. Подписывайтесь.

Дорогие читатели, коллеги, друзья АСИ.

Нам очень важна ваша поддержка. Вместе мы сможем сделать новости лучше и интереснее.

Рекомендуем