По данным МВД РФ, ежегодно в нашей стране около 14 тыс. россиянок погибают от рук своих мужей. (Для сравнения: за 10 лет военного конфликта в Афганистане СССР потерял 17 тыс. человек.) Дом, который должен быть крепостью, для них превращается в место, где реальностью становятся кошмары.
Национальный центр по предотвращению насилия "Анна" – первая общественная организация в РФ, которая занялась проблемой домашнего насилия. Центр начал свою деятельность в 1993 году; тогда же его директор Марина Писклакова создала первый специализированный телефон доверия для пострадавших от домашнего насилия, который работает по сей день. За это время помощь и поддержку получили более 20-ти тыс. человек. В настоящее время насчитывается более 160 НКО, деятельность которых направлена на решение проблемы домашнего насилия. Центр "Анна" способствовал созданию Национальной сети против насилия, объединяющей более 100 общественных и государственных организаций России и стран СНГ. Благодаря этому сотрудникам центра удается отслеживать динамику развития проблемы домашнего насилия. По их данным, усилилась сетевая работа и в регионах. Два года назад кризисный центр "Екатерина" (Екатеринбург) инициировал создание Коалиции кризисных центров Уральского федерального округа. "Вместе мы – сила", в которую вошли 24 НКО. В Ростове-на-Дону создана Южная сеть по противодействию насилию, состоящая из 14 НКО Южного федерального округа. В 2008 году аналогичную работу провел Независимый социальный женский центр (Псков).
Еще одна положительная тенденция в развитии организаций, борющихся с домашним насилием, по данным центра "Анна", – укрепление сотрудничества общественных организаций и государственных структур. Так, межведомственное сотрудничество развито в Ижевске, Тюмени, Екатеринбурге, Санкт-Петербурге и Свердловской области. Для сотрудников МВД, здравоохранения и СМИ, мировых судей и прокуроров НКО проводит образовательные семинары и осуществляет просветительские программы с целью формирования профессионального подхода к проблеме домашнего насилия.
Необходимо уточнить, что термин "домашнее насилие" применим только к отношениям между близкими людьми. Таковыми можно назвать супругов или бывших супругов, людей, которые были помолвлены или собираются пожениться, детей, родителей. При этом насилие представляет собой повторяющиеся инциденты четырех видов: физического, сексуального, психологического и экономического. Эти формулировки были предложены членами общественных организаций, однако они не нашли отражения в российском законодательстве.
В 2008 году на базе центра "Анна" была создана Национальная независимая комиссия по правам женщин и насилию в отношении женщин, в состав которой вошли российские эксперты и представители НКО. Комиссия отмечает предвзятое отношение сотрудников правоохранительных органов к жалобам россиянок. Более того, некоторые сотрудники ОВД отказываются регистрировать их жалобы на своих мужей. По мнению ряда экспертов, милиция все еще рассматривает домашнее насилие не как преступление против личности, а как частный конфликт между супругами. Предвзято относятся к пострадавшим от насилия россиянкам и судьи, не знакомые с этой проблемой. В таких условиях, казалось бы, необходимость принятия специального закона о домашнем насилии очевидна. Как считают в НКО, закон мог бы обеспечить единый алгоритм действий для структур социальной, медицинской и правоохранительной сфер, закрепить функции, права и обязанности правоохранительных органов и специальных служб по сохранению и восстановлению прав членов семьи. Однако в нашей стране отсутствует не только развитая законодательная база. В отечественном праве не существует понятия "домашнее насилие", следовательно, нет официальной статистики, отмечают в центре "Анна". В действующем Уголовном кодексе преступления, связанные с домашним насилием в отношении женщин, должны попадать под ст. 117 ("Истязания"). Однако Национальная комиссия не обнаружила в судебной практике ни одного случая вынесения наказания, связанного с преступлением в семье в отношении к женщинам, по данной статье. Причина неэффективности ее использования – нечеткость формулировок, считают члены комиссии.
В настоящее время не только в Санкт-Петербурге и Москве, но и в регионах вновь начато интенсивное обсуждение данной проблемы с целью лоббирования принятия закона. В Мурманской области, например, группа экспертов начала разработку проекта регионального плана действий против домашнего насилия. Тем временем за рубежом, в частности, в Узбекистане, Киргизии, Азербайджане, Молдавии и на Украине были приняты специальные законы или национальные стратегии (Литва), что привело к положительным изменениям в борьбе с проблемой домашнего насилия и улучшению качества помощи пострадавшим.
Следует отметить, что за границей женщина получает "охранный ордер", который защищает ее от любых контактов с обидчиком. В России же окружающие продолжают отмахиваться: "Милые бранятся – только тешатся!" Ссорятся, конечно, все, однако необходимо научиться отличать домашнее насилие от семейного конфликта. Нащупать эту грань гораздо проще, чем кажется. По словам М. Писклаковой, цель насилия – обретение власти и контроля над близкими. Обидчик старается изолировать жертву от семьи и друзей, контролирует ее доступ к медицинской и социальной помощи. Женщина боится мужа, опасается его прихода домой. В то время как конфликт в семье подразумевает равное положение супругов, которые не согласны с чем-то; оба имеют право высказать свое мнение. Таким образом, если мужчина, вернувшись с работы, требует полной тишины в доме, запрещая при этом жене разговаривать по телефону, – это можно назвать насилием: налицо стремление контролировать действия, передвижение, общение жертвы. В ситуациях с детьми насилие часто путают с воспитательными мерами. Однако и здесь отличить их просто: ребенок, над которым совершается насилие, будет испытывать страх и бессилие перед родителями. Эти чувства не сродни несправедливости и обиде – частым "побочным эффектам" воспитания.
Проблема избиения женщин – еще и социальная, считают эксперты. Она коренится в гендерных стереотипах, которые прививаются с детства. Например, самый распространенный миф: "женщины сами провоцируют насилие; будь они хорошими женами, хозяйками и любовницами, их бы не пришлось наказывать". Женщина в России изначально словно лишена презумпции невиновности, степень подозрительности к ней гораздо выше, чем по отношению к преступнику, полагают в центре "Анна". Однако, как показывают исследования, в реальности от поведения женщин практически ничего не зависит. Есть только один виновный – человек, совершивший преступление против личности. Считается, что мужчина должен быть главой семьи и хозяином, а женщина – пассивной и послушной. Ей полагается щадить мужское самолюбие и не быть слишком умной и самостоятельной. Но роли "агрессор" и "жертва" установлены порядками нашего общества, где мужчины имеют больше власти, чем женщины, и это дает им основание думать, будто так заведено от природы. Хотя насилие объясняется врожденной агрессивностью мужчин. Это доказывает американский опыт.
В США, как и во многих зарубежных странах, существуют психотерапевтические и образовательные программы для мужчин, подвергавших насилию своих близких. Решением суда они могут быть включены в группы социальной реабилитации. Эффективность этих групп достаточно высока: только от 5 до 10% мужчин имеют вспышки агрессивного поведения после лечения. Значит, насилие не обусловлено генетически. Эксперты полагают, что подобному поведению насильники обучаются в процессе социализации, наблюдая за другими мужчинами, которые используют силу и контроль в личных отношениях. Сотрудники центра утверждают, что дети, ставшие свидетелями насилия над близкими или жертвами, с большей вероятностью будут агрессивными, когда вырастут. Заместитель директора центра Андрей Синельников считает, что вмешательство правоохранительных органов и социальных работников в дела семьи при первых признаках появления насилия, а также понимание того, что дети, живущие в таких семьях, тоже ему подвергаются, могли бы предотвращать семейные трагедии. "В школах следует ввести раннюю профилактику насилия. Скажем, на уроках ОБЖ учащиеся могли бы получать основные навыки нормальных взаимоотношений между близкими. Очень важно, чтобы в школе был психолог или социальный педагог, к которому ребенок мог бы обратиться за помощью", – говорит А. Синельников.
В настоящий момент центр "Анна" проводит анализ культурных и религиозных традиций разных народов: зачастую насильственные преступления против женщин являются частью национальных обычаев. Например, "убийства чести" и похищения женщин для принуждения к замужеству. Несмотря на то, что Российская Федерация после подписания Конвенции о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин должна бороться с таким видом преступлений, они, по мнению членов Национальной комиссии, редко попадают в поле зрения представителей власти. Поэтому Марина Писклакова видит необходимость в формировании нового взгляда на эту проблему в обществе, когда люди будут понимать, что некоторые традиции не могут иметь места в современном мире.
"Ценность человеческой жизни должна быть превыше всего! Никто не имеет права отбирать жизнь у другого", – уверена эксперт.
