 |
Автор:
29.5.2007
Круглый стол «Помощь бизнеса детям-сиротам» состоялся 29.05.07 в Независимом пресс-центре. Встреча организована Агентством социальной информации по проекту Наши дети». Данный проект осуществлялся в рамках VII конкурса Программы «Новый день», организованной ОАО АКБ «РОСБАНК», Детским фондом ООН (UNICEF) и The World Race Trust. Управляющий программой – CAF Россия.
Елена Тополева, директор АСИ: Добрый день! Сегодня вы узнаете о том, как бизнес-сообщество помогает детям-сиротам и что надо делать для того, чтобы его роль в решении проблемы социального сиротства стала более эффективной. Основная функция компаний заключается в том, чтобы заниматься бизнесом, и то, что они берутся за решение острых социальных проблем – их добрая воля. Надо создавать условия для того, чтобы бизнес осуществлял свои социальные программы более успешно. Сейчас много говорят о корпоративной социальной ответственности, в своих нефинансовых отчетах компании рассказывают, какой вклад они вносят в развитие общества. На основании данных, представленных на конференциях, в отчетах и т. д., можно констатировать, что вклад бизнес-сообщества в общественное развитие страны очень велик. При этом особого внимания требуют социальные программы, направленные на оказание помощи детям-сиротам... Проблема сиротства находится в фокусе внимания и общества, и власти. Программы, которые осуществляются при участии государства, доказали свою эффективность. Хотя мы знаем, что в регионах ситуация складывается по-разному: где-то есть положительный опыт, где-то нет, в ряде регионов развиваются одни формы семейного устройства, в других они не идут… Очень хотелось бы, чтобы быстро развивались различные формы семейного устройства детей-сирот, чтобы в тех детских домах, которые существуют и, видимо, еще долго будут существовать, воспитанникам жилось лучше. Видно, что власти без участия бизнес-сообщества и общественных организаций сложно справиться со всеми проблемами. На нашей встрече присутствуют не только представители власти, бизнеса, НКО, но и журналисты. Нам кажется, что без активного участия СМИ, без их внимания к тому, что делает государство и бизнес для решения проблемы социального сиротства, будет трудно вывести эту тему на новый уровень. С обзором ситуации в области социального сиротства выступит наш первый эксперт Татьяна Алексеева.
Т. Алексеева, сопредседатель Ассоциации уполномоченных по правам ребенка в субъектах РФ: Добрый день, уважаемые коллеги! Спасибо, что пригласили к участию в сегодняшнем разговоре. Начну с цифр, которые заставляют задуматься об активных действиях. По-прежнему увеличивается численность детей, оставшихся без попечения родителей (более 730 тыс. человек). По данным МВД РФ, ежегодно выявляется 160 тыс. детей, которые ушли из дома, стали безнадзорными, наркоманами, жертвами преступлений. Только в минувшем году 96 тыс. детей подверглись насилию со стороны взрослых, около 700 тыс. оказались в социально опасном положении. Это предыстория того, с чего начинается сиротство. Я думаю, что первой точкой приложения усилий бизнес-сообщества может стать помощь семье при поддержке НКО: семье, где пьют родители, где совершается насилие в отношении детей. С чего мы должны начинать? Во-первых, с профилактики социального неблагополучия в семье, во-вторых, семейного устройства сирот и, в-третьих, деинституционализации детских учреждений. Важно помнить о существовании Конвенции ООН о правах ребенка. Россия является преемником СССР, поэтому должна исполнять свои обязательства по ее ратификации. Нахождение ребенка в сиротском учреждении приводит к нарушению его права жить и воспитываться в семье. Нужно помнить об этом. При этом исходить не только из необходимости принятия новых законодательных инициатив, но и действовать в рамках существующего законодательства, более активно применяя все формы семейного устройства (опека, попечительство, усыновление, приемная семья). В регионах развиваются семейные воспитательные группы, патронат. В Самарской области заместителю министра ежедневно предоставляется информация о численности отказников в роддомах, детей, переданных на воспитание в приемные семьи. В Волгоградской области развиваются семейные воспитательные группы как форма передачи ребенка на воспитание и попытка восстановить его право жить и воспитываться в семье, право на получение достойного образования, заботы родителей, лучшие услуги в области здравоохранения и т.д. У нас есть и положительный международный опыт. В 2002 году состоялась Специальная сессия Генеральной ассамблеи ООН, в которой участвовали дети со всего мира. Право ребенка высказаться подчас игнорируется чиновниками и остается незаметным для бизнеса и НКО. На этом можно строить взаимоотношения с бизнесом и привлекать его к участию в новых программах помощи детям, например, поддержка выпускников сиротских учреждений. Выпускник детдома совершенно дезадаптирован, в течение многих лет он был в изоляции от общества и, конечно, ему трудно ориентироваться в незнакомом мире, у него нет родителей и родственников или они ничем не могут помочь. У этих детей нет права на выбор профессионального образования: они идут в училище и получают стандартные профессии каменщика, штукатура, маляра. Способности ребенка, тем более одаренного, не учитываются. Порой подросток, не имеющий жилья, после окончания профессионального училища вынужден поступать в следующее только потому, что там ему предоставят место в общежитии. Очень важно помогать одаренным воспитанникам сиротских учреждений: способности к рисованию, музыке, танцам, языкам у них развиваются слабо, нет возможности получить образование и профессию, в которой они могли бы себя реализовать. Кроме того, важно выделять рабочие места и квоты, чтобы подопечные компаний, овладев профессией, могли гарантированно получить работу. В столице при активном участии Уполномоченного по правам ребенка в городе Москве Алексее Голованя решается вопрос о предоставлении внеочередного жилья сиротам. Но столица – самый благополучный регион. В остальных регионах эта проблема решается с трудом, и порой сироты десятилетиями не могут реализовать законодательно закрепленное право на получение внеочередного жилья, поэтому вынуждены возвращаться в ту же среду, из которой их изъяли из-за лишения родителей родительских прав. То есть дети отрабатывают вину родителей по полной программе, поэтому у нас такая статистика неблагополучия среди сирот. Дети подмечают промахи взрослых и определяют направления нашей возможной помощи. Один ребенок заявил: «Если бы мы жили в идеальном мире, я бы хотел, чтобы к детям относились серьезно». Другой: «Я очень надеюсь, что мир станет лучше, а взрослые будут принимать решения со своими детьми, а не вместо них». Когда мы не прислушиваемся к ним, то многое теряем. Они хотят быть услышанными, а мы не даем им такой возможности. Я думаю, любая программа компании, направленная на оказание помощи детям, должна проводиться с учетом их потребностей. Хотелось бы отметить слабую координацию деятельности ведомств в субъектах РФ по оказанию помощи семьям и детям-сиротам. Мы много говорим о плохой работе органов опеки и попечительства, но зачастую забываем о том, что не имеем права возлагать на них всю ответственность – есть десятки ведомств, которые отвечают за работу с детьми. Четкая координация деятельности органов опеки и ведомств и учреждениями социальной защиты, МВД, здравоохранения – это цель, которую мы должны достигнуть, чтобы дети месяцами не находились в больницах; чтобы дети, рожденные от ВИЧ-инфицированных родителей, не изолировались, в том числе в домах ребенка, не имея возможности общаться со сверстниками. ВИЧ-инфицированные родители не могут поместить их в достойный детский сад из-за отсутствия групп сопровождения, дискуссионных клубов, возможности обратиться за анонимной помощью по «телефону доверия». Поэтому эти семьи порой отказываются от ребенка, чем провоцируют очередной всплеск сиротства... В своей деятельности всегда нужно исходить из того, что нахождение ребенка в детском доме – это ошибка. Таких учреждений должно быть меньше. Конечно, хочется, чтобы их не было, чтобы все дети были устроены в семьи. Но мы уже опоздали, поэтому должны работать на опережение, а не ждать, пока кто-то решит обратиться в органы опеки, чтобы взять ребенка в семью. Инициатива должна исходить от органов опеки и попечительства.
Вопрос из зала: Скажите, как решаются проблемы сирот за рубежом?
Т. Алексеева: Во многих странах существуют детские дома семейного типа, патронатные и «дежурные» семьи, в которые дети помещаются в случае необходимости. Семья обеспечивает практически все права ребенка до его совершеннолетия.
Вопрос из зала: Как может бизнес предотвратить появление социальных сирот?
Т. Алексеева: У нас плохо развита система дополнительного образования детей, поэтому они бегут на улицу. Если бы бизнес совместно с НКО разрабатывал программы по предоставлению дополнительного образования…
Е. Тополева: Должна ли власть поощрять попытки бизнес-сообщества что-то делать в этой сфере и как?
Т. Алексеева: Заинтересованность и власти, и бизнеса должна исходить из интересов ребенка. С другой стороны, нужно сделать так, чтобы помощь бизнес-сообщества сиротам становилась модной. Нужно искать людей, мнение которых влияет на развитие той или иной ситуации, формировать престиж деятельности по оказанию поддержки сиротам. Мы уже не говорим о повышении ответственности родителей за воспитание ребенка. Сначала семье нужно помочь, а потом с нее спрашивать.
Вопрос из зала: Чем занимается ваша организация?
Т. Алексеева: С 1998 года в нашей стране начал развиваться институт уполномоченных по правам ребенка – независимый механизм помощи детям, контроля за соблюдением их прав и интересов. На международном уровне этот институт развивается достаточно давно, в России – недавно и без подкрепления на федеральном уровне. В настоящее время у нас работают 57 омбудсменов на региональном и муниципальном уровнях. Все они объединились в Ассоциацию уполномоченных по правам ребенка в РФ. 1 июня открылся наш сайт (www.ombudsmandeti.ru). Мы пропагандируем ценности защиты прав ребенка, положения Конвенции о правах ребенка. Каждые пять лет Россия обязана предоставлять Комитету ООН по правам ребенка доклад о выполнении Конвенции. Нам уже во второй раз рекомендовано учредить на федеральном уровне институт уполномоченного по правам ребенка, поддерживать его финансами и кадрами.
Е. Тополева: Спасибо за интересное выступление. Хочу обратить ваше внимание, что к сегодняшней встрече мы подготовили бюллетень «Помощь бизнеса детям-сиротам». В ближайшее время он будет отпечатан в типографии и можно будет бесплатно его получить в агентстве. Бюллетень подготовлен при поддержке российского бизнеса. Программа Росбанка «Новый день» поддерживает проекты, направленные на оказание помощи детям, в том числе сиротам. За счет этих средств осуществлено издание бюллетеня, поддерживается сайт о семейных формах устройства детей-сирот «Наши дети» (www.nashi-deti.ru). Надеюсь, представленные в них материалы могут быть вам полезны. Хочу попросить Татьяну Кононову рассказать о том, какие раньше существовали государственные меры поощрения меценатов.
Т. Кононова, д. и. н., профессор кафедры теории и методологии социальной работы Российского государственного социального университета: Считается, что благотворительность стала развиваться в нашей стране с принятием христианства, но традиции помощи детям-сиротам существовали и раньше. Община решала вопросы социальной поддержки детей, оказавшихся сиротами в результате каких-либо пандемий. Самой распространенной формой помощи было так называемое «домашнее рабство». Ее оказывали, как правило, детям чужим, приблудным. Что касается своих детей, тут действовали четко установленные правила. Например, кормление ребенка по дворам, то есть сход решал, где он будет питаться и в течение какого времени – в зависимости от дохода члена общины. За дар воспитания, кормления и обучения ребенок должен был ответить уважением и работой на хозяина. Здесь было заложено рациональное зерно. Как показывает многовековой опыт, то, что человек получает бесплатно, для него не является значимым. Еще одна форма – назначение «общественных родителей» 8-10-летнему ребенку, недавно осиротевшему, у которого было свое хозяйство. Ими становились бездетные общинники, которые, выражаясь современным языком, не могли приватизировать его собственность и поделить между кровными детьми. Обязанность «общественных родителей» – научить сироту управляться своим хозяйством. В качестве «отдара» они получали уважение, доход и соответствующее погребение. Третья форма – приймачество. Назначение «общественных родителей» – быть попечителями, а те, кто брали приймака, были усыновителями. Посмотрите по сказкам, кому достается нежданный ребенок — старику и старухе, которых некому прокормить. «Приймать сироту» могли старые люди, которые по каким-либо причинам остались без детей. За обучение и кормление он также обязан был их кормить, обеспечить погребение… Государство стало уделять внимание проблеме сиротства во времена Петра I. За время его правления на треть сократилось население России, резко уменьшилась численность солдат. Проезжая мимо поместья Новгородского митрополита Иова, он обнаружил пристройки за церковной оградой для подкидышей. С момента принятия христианства существовали четко установленные правила, особенно в отношении женщин. Уличенную в прелюбодеянии казнили закапыванием по шею. Конечно, она боялась родить незаконного ребенка, в худшем случае женщина его убивала, в лучшем – подбрасывала. Так вот, для найденышей митрополит Иовом открыл приют. С 1712 года Петр начинает массовое строительство таких приютов. Он распорядился, чтобы детей воспитывали монахини, а учреждения содержались за счет доходов церквей и монастырей. Детей с пятилетнего возраста обучали русскому языку, чтению, арифметике, геометрии. Двенадцатилетних мальчиков, если они были физически здоровы, без учета их интересов и творческих способностей отправляли в солдаты и матросы, девочек выдавали замуж, пристраивали в услужение или в монахини. Ситуация меняется во времена Екатерины Великой, которая считала, что вопросы нравственные должны быть поставлены во главу угла всей воспитательной системы. Собственно, это были идеи Ивана Бецкого, незаконнорожденного сына князя Трубецкого. Его интересовала система социальной помощи и поддержки нуждающихся. В течение 15 лет он путешествовал по всем европейским странам, изучая их опыт, а по возвращении разработал программы, в том числе по созданию «третьего чина» (прослойка между крестьянами и высшим сословием) для развития производства. В интересах государства развивается политика обустройства детского призрения. Воспитательный дом стал первым крупным социальным учреждением. Предполагалось, что оно будет содержаться за счет доброхотных подаяний, то есть жертвователей, но таковых не нашлось. Тогда Екатерина решила показать всем пример и пожертвовала под неприкосновенный капитал 150 тыс. рублей, собранных купцами на создание ей памятника. Вместе с Бецким она нашла еще один источник финансирования (это я к игровым автоматам подбираюсь), распорядившись создать фабрику игральных карт. Был издан именной указ, согласно которому россиян обязали играть картами, произведенными на фабрике Московского воспитательного дома. Категорически был запрещен ввоз иностранных карт, а чтобы отличить подделки, карты клеймили. Это приносило доход в 1200 тыс. рублей — гигантская по тем временам сумма (для сравнения: корова с теленком стоила 5 рублей). Но средств все равно не хватало, поэтому выискивались всевозможные способы их привлечения. Была разработана система льгот для жертвователей. Для представителей высшего сословия — право заседать в Опекунском совете. Екатерина нередко возглавляла его заседания, и можно было накоротке обсуждать с ней свои проблемы. Все представители знати – графы Орловы, князья Гагарин и Шеховской – также были членами Опекунского совета. Кроме того, имена жертвователей публиковались в центральной прессе. Личные художники императрицы рисовали их портреты, украшали ими присутственные места. А дела людей недворянского происхождения должны были решаться в суде в течение недели, тогда как обычно они тянулись десятилетиями. Была введена очень интересная мера – так называемая плата «за бесчестье и за увечье вдвое».
Я готовлю учебник по истории социальной работы в России, и идеи, высказанные в книге Генри Форда «Моя жизнь, мои достижения», вдохновляют меня. Он говорит о том, что благотворительная организация, «не составлявшая себе цели сделаться в будущем излишней, не исполняет подлинного своего назначения. Она всего-навсего добывает содержание для себя и еще более усиливает непродуктивность». Он предлагал свой способ решения проблем сирот, создав промышленную школу. Дети овладевали профессиями рабочего и мастера фабрики. Математику изучали применительно к работе. Например, сравнивали автомобили Форда 1899 и 1914 годов – у последней модели скорость больше потому, что… Ребенок в производственных мастерских на практике узнавал, в чем разница между этими машинами. Каждый воспитанник школы (к 1924 году их было 700) получал стипендию Форда в размере 600 долларов, в зависимости от успехов на производстве и в учебе она увеличивалась на 200 долларов. Эти деньги клали в сберегательный банк на его имя. При этом зарплата подростка составляла 35 центов, что было несколько выше «зарплаты», которую он мог получить на улице. Подобный опыт должен быть востребован…
Вопрос из зала: В принципе, проблему сиротства можно решить или она никогда не будет решена?
Т. Кононова: Думаю, она не может быть решена, особенно в условиях техногенных катастроф. Вести речь о том, что детские дома и вообще социальные учреждения должны быть закрыты, – неправильно. Другое дело, что их должно стать меньше. Молодые люди планируют жениться в 30-34 года, когда получено образование, приобретены машина и квартира. Девушки говорят: «Хорошо бы выйти замуж, но нужно себя обеспечить и тогда наличие мужа не обязательно, обязательно наличие ребенка». А мужчина, если он не защищает свою женщину и ребенка (две главные составляющие жизни), становится инфантильным и социально безответственным. Статистическими данными о численности сирот в дореволюционной России я не запаслась. Но в словаре Брокгауза и Эфрона говорится, что средняя продолжительность жизни россиянина начала XIX века составляла 27 лет. До 800 новорожденных из тысячи умирали в возрасте до года... Что касается сирот, их численность варьировалось в зависимости от войн и эпидемий. Когда случилась эпидемия холеры, появилось множество таких детей, была создана сеть сиротских учреждений, в частности, Николаевский сиротский институт…
Геннадий Подольный, руководитель отдела внешних связей Национального фонда защиты детей от жестокого обращения: Наша организация занимается вопросами профилактики социального сиротства. Мы работаем с кризисными семьями и детьми, в том числе трудными подростками. Кроме того, развиваем формы семейного устройства сирот. У нас есть программы, нацеленные на адаптацию выпускников интернатных учреждений к жизни в обществе. Также мы обучаем специалистов, работающих в сфере социальной защиты детства, и помогаем им внедрять наиболее эффективные методы и технологии работы. Что касается бизнеса и его роли в решении проблемы социального сиротства… Социальная защита семьи и детей — прерогатива государства. Надо выстраивать взаимодействие с ним, иначе эффекта не будет. У бизнеса много программ, связанных с поддержкой семьи и детства. В основном он занимается улучшением условий проживания детей в интернатных учреждениях. Этому есть объяснение: компании чаще всего интересуют конкретные проблемы. Проекты, связанные с профилактикой кризисной ситуации в семье или развитием семейного устройства детей, адаптацией воспитанников, требуют большой работы, прежде всего, с персоналом (повышение квалификации, создание рабочих мест для воспитанников и др.). В последнее время некоторые компании стали менять свою политику – накопив достаточный опыт, они готовы реализовать эти проекты. Например, проект «Вместе в будущее» компании «РУСАЛ» изначально предполагал оказание помощи детским домам на территории ее присутствия. Со временем появились программы повышения квалификации персонала детских учреждений. Я встретился с директором региональных проектов компании (теперь это объединенная компания «Российский алюминий»), который сказал: «Мы готовы к программам, которые связаны с адаптацией выпускников, развивают различные формы жизнеустройства детей на базе подшефных детских домов…». Хочу подчеркнуть, что компании, к сожалению, не всегда готовы решать проблему сиротства в связи с ее сложностью.
Ирина Ерза, менеджер программ Российского представительства Британского благотворительного фонда Charities Aid Foundation (CAF Россия): Я представитель британского фонда. Около 50% программ мы ежегодно реализуем на средства российского бизнеса, из них три-четыре связаны с проблемой сиротства. Думаю, бизнес помогает сиротам, потому что это модно, к тому же влияет на их имидж, что немаловажно для получения прибыли в будущем. Все программы, которые бизнес реализует совместно с CAF Россия, направлены, прежде всего, на развитие активности детей, которые живут в учреждениях, создание условий для расширения круга их общения… Почти все они связаны с повышением образовательного потенциала детей-сирот и созданием условий для того, чтобы подростки могли определиться с профессией. Часть программ включает их трудоустройство – компании берут подростков к себе на работу. Во всех программах есть такой компонент, как предоставление возможности сотрудникам учреждений изучать новые технологии работы с подростками, они обеспечиваются административно-методической поддержкой… Один из основных наших принципов – конкурсный отбор участников, иногда отбор учреждений как в Программе «Новый день» – если программы эффективные, они финансируются. Если компания выбирает детские дома, то конкурс проводится с целью объединения тренеров, которые будут помогать учреждению…
Е. Тополева: Спасибо. В нашем бюллетене представлен обзор программ российского бизнеса в помощь детям-сиротам. Хочу предоставить слово Сергею Ениколопову.
С. Ениколопов, руководитель отдела клинической психологии РАН: Сироты относятся к группе риска по психическому здоровью, криминальной направленности и виктимности. Это люди, которым сложно устанавливать отношения: они долго жили в искусственном коллективе, а не в реальном мире. Обычно даже выпускники школ с трудом адаптируются к самостоятельной жизни. Их никто не учил, что ожидания работодателей не соответствуют ожиданиям учителей и т. д. Неблагополучные дети требуют большей заботы. Когда мы проводили исследование среди женщин, отказавшихся от своих детей, оказалось, что те, кто оставляли ребенка государству, были жертвами семейного насилия – психического, физического, сексуального – в полтора-два раза чаще, чем те, кто оставляли его в семье. Неблагополучная семья начинает раскручивать колесо неблагополучия. Это группа риска по всем параметрам – неудачный брак, развод, суицид. Необходимость вкладывать средства в безопасное будущее не осознает ни государство, ни бизнес. Но программы бизнеса не будут эффективными, если проводить их, не основываясь на академических научных исследованиях. Только так можно увидеть реальную картину.
Диана Савина, генеральный директор Корпоративного благотворительного фонда Финансовой корпорации «УРАЛСИБ»: Что мешает нашей работе? Отсутствие законодательной базы. В частности, мы столкнулись с тем, что нет никаких положений по волонтерству… Хотелось бы поддержать Татьяну Николаевну: надо слушать детей. Мы должны адресовать их вопросы власти и заставить дать ответ на них.
Е. Тополева: Согласна.
Т. Алексеева: Мы проигрывали с сиротами ситуацию, как они будут устраиваться на работу, какие ошибки могут совершить. Вместе с ними играли их воспитатели и учителя. Это был удивительный диалог, когда взрослые говорили, что не узнают своих детей. Такие программы очень важны. Правильно говорил Сергей Николаевич, что сироты не умеют выстраивать взаимоотношения. Это очень важно – говорить об их правах, обязанностях, ответственности и учить выстраивать взаимоотношения со взрослыми и сверстниками.
Ольга Евдокимова, советник президента ФК «УРАЛСИБ»: Насколько бизнес должен погружаться в вопросы, которые должны решать специализированные организации? Должен ли он не только давать деньги, но и вникать в проблему социального сиротства или специфику образовательных программ? Думаю, у нас в стране должно быть больше проводников таких услуг для бизнеса – специализированных организаций, которые могли бы подсказать, что надо делать, чтобы его помощь стала более функциональной. Вопрос представителям компаний: как они выбирают программы?
Е. Тополева: Это очень важно – содействовать бизнес-сообществу в реализации благотворительных программ. Должен или не должен бизнес помогать сиротам? Мы говорили в начале встречи, что это его добрая воля. Бизнес и НКО без государства проблему сиротства не решат, но если компания хочет помочь, почему ей нужно в этом отказывать? Что касается профессиональных посредников, согласна: они могут сделать программы более эффективными. Хотя такие организации существуют, но я считаю, что их недостаточно. Нужно, чтобы у бизнеса была возможность выбора посредников, поэтому важно, чтобы он помог в их становлении.
Лада Астикас, старший менеджер, управление по корпоративной социальной ответственности ОАО «Северсталь»: Мы всецело полагаемся на специалистов при реализации нашей программы… Я считаю, что бизнес должен больше погружаться в проблему, которой он занимается. Просто отдавать деньги – не значит проболеть, прочувствовать проблему сердцем. У нас региональная компания, и сотрудники сами участвуют в программах. Это не мешает их основной деятельности. Естественно, привлекаются и профессионалы.
Е. Тополева: Хорошо, когда сотрудники могут какую-то идею привнести, для них есть стимул участвовать в программе. Другое дело, делать это нужно под руководством профессионалов.
Елена Суркова, сотрудник проекта «Шанс на успех»: Мы приглашаем детей-сирот на работу, помогаем им трудоустроиться. Сначала с нами сотрудничал иностранный бизнес, российские компании отказывались, мотивируя тем, что сирота может и украсть… Сейчас, слава богу, и они их берут. Сирот много, но желающих работать в хорошей компании, получать хорошую зарплату, мало. Часто они сдают квартиры, стоят на бирже труда, но не готовы работать.
Елена Старикова, координатор благотворительных программ Общероссийской общественной организации «Деловая Россия»: Понятие «бизнес» довольно абстрактно. За любым бизнесом стоят конкретные успешные люди, которые смогли создать свое дело и рабочие места для других людей. Многие предприниматели не для пиара, а исходя из собственных убеждений, начинают помогать тем, кто нуждается в их помощи. При этом отдается предпочтение помощи конкретным людям, например, патронатным родителям или опекунам, а не абстрактным фондам. Особое внимание уделяется детям с ограниченными физическими возможностями. Предприниматели не обязаны брать на себя обязательства государства, так как платят достаточно высокие налоги. Тем не менее, они готовы вкладывать деньги в будущее страны — детей и их здоровье. Только в семье ребенок получает нормальное воспитание и готовится к жизни в обществе, здоровье гарантирует получение престижной работы и обеспечение достойного уровня жизни. Пока «Деловая Россия» помогает 12 подопечным. Надеемся, что в скором времени эта цифра значительно увеличится. С помощью «Деловой России» дети получают медицинское обслуживание (включая оперативное вмешательство в экстренном случае), также оплачиваются поездки и экскурсии, посещение спортивных секций и кружков.
Е. Тополева: У нас еще есть темы для обсуждения. Бизнес делает в этой сфере довольно много. Повторюсь, это ваша добрая воля. Сегодня прозвучали предложения по оказанию помощи сиротам. Мы недостаточно говорили о том, что может мотивировать бизнес на продолжение этой деятельности. Мне кажется, здесь очень важны меры морального поощрения со стороны государства и гражданского общества. Пусть не ордена из золота, но опубликование списков в центральных СМИ, участие в опекунских советах – все это надо внедрять. НКО тоже могут задуматься о стимулировании компаний. До сих пор ведутся споры: нужно ли предоставлять бизнесу, который занимается благотворительностью, налоговые льготы. Тем не менее, есть законодательные инициативы в этой области… Конечно, очень важно вести диалог, собираться вместе — бизнесу или власти очень редко удается услышать мнения всех сторон и тем более привлечь к диалогу детей. Спасибо вам за участие в обсуждении.
Статья опубликована в информационном бюллетене "Помощь бизнеса детям-сиротам" (май 2007 года). Издание осуществлено Агентством социальной информации в рамках проекта "Наши дети". При использовании информации ссылка на источник обязательна. Проект осуществлялся АСИ в рамках VII конкурса Программы "Новый день", организованной ОАО АКБ "Росбанк", Детским фондом ООН (UNICEF) и The World Race Trust. Управляющий программой – CAF Россия.
 Назад
|
|
