 |
Автор: Анна Киселева
17.4.2003
Есть ли у граждан необходимость каким-либо образом фиксировать свою национальную принадлежность? Одни говорят - достаточно того, что у детей в свидетельстве о рождении записана национальность родителей. Другие считают, что этническая принадлежность - не самое важное, главное, чтоб человек был хороший. Третьи активно выступают за восстановление графы о национальности в паспорте. Разнообразие мнений отражено и в российских законах, и в научных разработках на эту тему.
По материалам цикла передач "Радио России" "Гражданский практикум"
Определение национальной принадлежности - это личное дело российского гражданина. Если он по тем или иным причинам не может или не хочет однозначно определить свою национальность, то при этом не будут нарушены никакие правовые нормы. Согласно ст.26 Конституции Российской Федерации, "каждый вправе определять и указывать свою национальную принадлежность", и в то же время "никто не может быть принужден к определению и указанию своей национальной принадлежности". Строка "национальность" в новом российском паспорте, в отличие от советского, отсутствует. В других официальных документах национальность указывается по желанию граждан. Об этом говорит Федеральный закон "Об актах гражданского состояния". В свидетельстве о рождении родители на свое усмотрение могут указывать или не указывать собственную национальность. Графы о национальности ребенка в документе нет. Так же и при вступлении в брак и оформлении соответствующего свидетельства: супруги записывают свою национальность, только если сами хотят сделать это.
Исчезает постепенно строка "национальность" и в разного рода учетных карточках (в отделах кадров и прочих картотеках). Там же, где она еще есть, гражданин, не побоявшийся трений с ответственными за оформление документов сотрудниками, вполне может пойти на принцип и отказаться указывать национальность, ссылаясь на Конституцию.
Однако встречаются ситуации, когда национальность перестает быть исключительно личным делом и становится предметом публичного интереса, отмечает член правления Правозащитного центра "Мемориал", этнограф Александр Осипов:
- Есть два закона о коренных малочисленных народах - "О гарантиях прав коренных малочисленных народов" и "Об основных принципах создания общин коренных малочисленных народов". В них предусматривается ряд привилегий, которые даются именно в зависимости от национальной принадлежности. Есть Закон "Об оружии", в котором устанавливается минимальный возраст приобретения оружия. В нем, в частности, сказано, что субъекты федерации могут этот возраст снижать, но не более чем на два года. И вот в некоторых регионах для представителей коренных малочисленных народов минимальный возраст приобретения оружия понижен с 18 до 16 лет. Каким образом удостоверяется национальная принадлежность, справками из суда или как-то еще, - процедура законами не оговорена, вопрос остается открытым. В Дагестане действует сложная избирательная система с национальными избирательными округами, когда в определенном округе баллотироваться в парламент республики могут только граждане одной национальности. Это сделано, чтобы обеспечить пропорциональное представительство всех проживающих в Дагестане народностей. Понятно, что до недавнего времени национальность была зафиксирована в старых паспортах, но, когда завершится их обмен, в Дагестане, видимо, придется разрабатывать особую процедуру определения национальности. Можно предположить, что во время очередной предвыборной кампании в Дагестане у детей от смешанных браков будет мало шансов оказаться в парламенте - конкуренты такого кандидата быстро выведают, что он "нечистокровный" представитель той или иной национальности.
В наследство от древних веков у некоторых народов остались традиционные правила определения национальности детей от смешанных браков. Особенно это характерно для малочисленных или подвергаемых гонениям народностей - такие правила позволяют им увеличивать свою численность. В киргизском фольклоре говорится, что жена киргиза, приведенная им из другого племени, становиться киргизкой и рожает, соответственно, киргизов. Китайцы, которые в последнее время часто женятся на россиянках, своих детей непременно записывают китайцами. По еврейским традициям, рожденный еврейской женщиной ребенок является евреем независимо от национальности отца. Однако не все народности были так предусмотрительны. Неизвестно, кем является, например, ребенок русского и татарки, который унаследовал от отца фамилию, а от матери физиономию и уважение к Корану. Между тем, на вопрос о национальности в ходе Всероссийской переписи населения, проходившей в октябре 2002 года, требовался вполне конкретный ответ.
В последней американской переписи, отвечая на вопрос об этнической принадлежности, можно было назвать обе родительские национальности, если человек был рожден в смешанном браке, но в России такой порядок не предусмотрен, отмечает руководитель Центра демографии и экологии человека при Институте народнохозяйственного прогнозирования РАН Анатолий Вишневский.
- Вообще принятая в России трактовка понятия "национальность" нигде в мире не существует. В западном стандарте национальность приравнивается к гражданству. Если кто-то считает себя французом, то в принципе он может быть рожден от родителей-арабов, но он подданный Франции и поэтому считает себя французом. У нас же с советских времен устоялось этническое понимание национальности. Оно подразумевалось и в ходе переписи. В советские времена, когда национальность указывалась в паспорте, можно было выбирать лишь между материнской или отцовской национальностью. Но как поступить, например, рожденному в Подмосковье от чуваша и башкирки, которые говорили в семье по-русски? Ребенок вырос в русской языковой среде, в русской культуре и в принципе ощущает себя русским. Раньше он не мог записаться в паспорте русским и в ходе переписи отвечал соответственно. Теперь он может определить национальность в соответствии с самоощущением.
- Тогда, может быть, стоит определять национальность по языковому принципу?
- Это должны быть взаимодополняющие вопросы - о национальности и о языке. Первоначально при переписи 2002 года планировалось задавать отдельный вопрос о родном языке, но потом он почему-то был вычеркнут. А в советские годы это было. И случалось, что человек указывал, допустим, национальность "украинец", а родной язык - "русский". Это обрусевшие люди, у них просто по традиции, из паспорта в паспорт, из поколения в поколение переходила национальность "украинец", хотя они могли всю жизнь прожить на Дальнем Востоке, не знать украинского языка и т.д. В СССР насчитывалось около 11 млн человек, указывавших русский язык в качестве родного, а национальность - какую-то другую. Кстати, еще при микропереписи 1994 года были правильные вопросы о том, на каком языке человек говорит дома/на работе. Самый распространенный ответ был "русский", но при таком раскладе понятие "этнического самоопределения" теряло свою основу. Вопрос о языке был необходим для истинного понимания процессов, происходящих в стране…
- А может ли тот же обрусевший украинец как-то объективно указать свою национальность?
- Это категория субъективная и определяется по личному восприятию самого человека. У него может быть двойная идентификация, как у тех же американцев предусмотрено при переписи. Наверное, и мы к этому придем, но тут есть еще масса предрассудков. Многим непонятно, как можно быть "двунациональным". Но что меняется у человека, рожденного в смешанном браке, оттого, что он записывается по национальности кого-то из родителей? Ведь родителей-то у него два, они разные, и выбор делается только формальный.
Проблемы формального выбора знакомы известному кинорежиссеру Валерию Ахадову. Он родился в Душанбе, в семье таджика и русской, десять лет назад переехал в Москву и стал гражданином России.
- В моем представлении все-таки определяющим является язык. На каком языке человек думает, в какой культуре воспитан. Я в свое время делал фильм с венгерскими кинематографистами, они говорили так: "Венгр - это тот, кто считает себя венгром и говорит по-венгерски". Что касается лично меня, я предпочитаю называть себя космополитом. Хоть и считаю себя русским в душе, когда кто-нибудь шутит двусмысленно над "черными" или я узнаю, например, о депортации таджиков из Подмосковья, мне становится горько и обидно как за своих. Впрочем, в среде, в которой я вращаюсь, спрашивать: "Кто ты?" - не принято. Для моих коллег важнее, что человек представляет собой по сути, как реализуется в своей профессии.
С необходимостью формального и однозначного определения национальной принадлежности российские граждане, таким образом, теперь сталкиваются достаточно редко, и при желании вообще могут ее избежать. Впрочем, это справедливо скорее для большинства, для людей, внешние данные которых соответствуют неким усредненным "национальным стандартам". Тем же, кто получил в наследство, допустим, нос с горбинкой в сочетании с черной кудрявой шевелюрой, приходится отвечать на вопрос о национальности гораздо чаще - милиционерам на улице при проверке документов, при устройстве на работу, любопытным одноклассникам в школе. И авторы вопросов не всегда готовы выслушать рассказ о языковых пристрастиях или родословной, им "конкретику" подавай. Но если уж всему давать конкретные названия, то такой подход без преувеличения можно назвать расистским.
 Назад
|
|
